— Ихтиандр, сегодня мы с нетерпением ждем твоего рассказа, — он сделал паузу, а потом добавил, — только не сейчас. До обеда мы работаем — сегодня понедельник, и запланированную работу нужно сделать, а часов в шестнадцать, после кофе, твоя очередь. Диана и Розали, займите гостя, а мы поработаем с твоими наушниками, Ихтиандр. Потом, если останется время, нам надо завершить свои вычисления. А с завтрашнего дня, Ихтиандр, мы будем работать уже вместе.

Юноша в знак согласия кивнул головой, правда, не представляя, о какой именно работе идет речь. Розали и Диана направились к выходу из дома, приглашая юношу с собой.

У крыльца играли две взрослые овчарки. Когда люди вышли, одна из них стала внимательно наблюдать за Ихтиандром, а другая обнюхала его.

— Рекс, свои! — повелительно сказала Диана. Этого было достаточно — собаки перестали изучать нового человека и занялись своими делами.

Теплое сентябрьское солнце ярко светило, а флюгер показывал юго-западное направление ветра.

— Это к ненастью, — объяснила Розали, указывая на прибор. — Мы тут на острове уже давно научились предсказывать периодические капризы нашей погоды. Сегодня после обеда должен быть шторм…

Полдня беседуя о самом разном, друзья осматривали побережье и ту часть острова, которая была ближе к поселению.

— Надо возвращаться, — сказала Диана, поглядывая на небо.

Действительно, ветер усилился, а небо стало затягиваться тяжелыми тучами.

— Очень жаль, что не успели Лидинга навестить, — проговорил Ихтиандр.

— Ничего, ведь он не один… — сказала Диана. — Ихтиандр… а у тебя есть подруга?

Юноша от такого вопроса смутился.

— Если Ихтиандр захочет, он расскажет об этом позже, — поправила положение Розали, — а сейчас пойдемте-ка побыстрее… — Через полчаса они уже приближались к дому. Хотя поселение находилось на возвышенности, но сами дома располагались на ее внутренней воронкоподобной впадине так, что ветер любого направления дул выше крыш и только флюгер был открыт всем ветрам.

— Я здесь второй день, и снова непогода. У вас крыши не сносило ветром? — спросил Ихтиандр.

— Нет, — ответила Розали, — только мачта с флюгером однажды ломалась.

— Хорошо, что она сейчас цела, иначе я не смог бы вас найти..

На этой фразе разговор закончился, и они вошли в дом.

— Вот замечательно, что вы пришли. Мы волноваться уже начали, — проговорила Женнет.

Тут же из гостиной показался сам Вильбуа.

— Ну, наконец… идет резкое изменение атмосферного давления — видимо, будет шторм. По радио было сообщение, что в районе Тихого океана северо-западнее нас бушует тайфун «Веялеб». Остается надеяться, что он нас не захватит — слишком много исследований намечено на эту неделю. А вы проходите, проходите. Сейчас будем обедать. Вижу, вы устали, но довольны, — и он посмотрел на Ихтиандра.

— Да, — коротко ответил юноша.

Когда обед подходил к концу, на улице совсем потемнело. Поднялся ветер.

— Все, сейчас перерыв, а на десерт, — Вильбуа улыбнулся, — рассказ Ихтиандра.

Гость кивнул:

— Я сейчас только кое-что возьму из сумки, — и, пройдя в свою комнату, достал то, что представляло для рассказа большой интерес: схему обратной связи, ружье, на прикладе которого было вырезано неизвестное послание с острова Пасхи, оставшееся незамеченным при первом осмотре, кусок породы с подводного хребта. Все это он положил на небольшой столик, стоявший рядом с его креслом.

Мужчины подошли и с нескрываемым интересом стали рассматривать эти вещи.

— Что это такое? — спросил Винсент, взяв в руки схему обратной связи. — Очень интересно… Откуда это? — и он посмотрел на юношу.

В разговор вмешался Арман Вильбуа:

— Подождите, друзья мои, с вопросами, Ихтиандр расскажет все по порядку.

Когда все уселись, рассказ был начат с повествования о тюремном заключении, в котором оказались доктор Сальватор и его приемный сын. Сразу же посыпалась масса вопросов, особенно от самого Вильбуа. Он не смог удержаться, поскольку такое известие ошеломило его и всех остальных. Ихтиандру пришлось вспомнить и жемчуг, и Зуриту, и, как бы он не обходил это имя, но и Гуттиэре тоже. Его взгляд скользнул по присутствующим и остановился на Розали. Она тут же отвела свои глаза. Юноша вдруг понял, что рассказ о его любимой девушке будет неприятен для нее. События перед тюремным заключением сделали свое дело — Ихтиандр становился уже не таким прямолинейным человеком, каким был раньше.

— Но как передать им о той, которую полюбил навсегда? — он на минуту задумался, потом продолжил повествование.

Во время этого рассказа Розали серьезно и внимательно смотрела на него.

Этот взгляд был замечен Женнет. Ихтиандр подробно рассказал о побеге и о том, что ему неизвестна дальнейшая судьба Сальватора. Арман Вильбуа встал и несколько раз прошелся по гостиной. Судя по всему, этот рассказ сильно встревожил ученого и его семейство.

— Теперь я понимаю, почему столько времени нет от него писем, и почему ты здесь… Еще вчера хотел спросить о Сальваторе, но… — он замолчал и еще несколько раз прошелся. Потом, садясь в кресло, задумчиво произнес:

— Придется обращаться к Жаку Белону за помощью.

— А кто он такой? — Этот вопрос мог задать только Ихтиандр. Ж. Белон был президентом Франции, известным во всем мире.

— Да… пожалуй так, — сказал Вильбуа. — Как раз завтра пароход…

— Скажите, чем может помочь отцу этот человек? Я не все понимаю… — проговорил Ихтиандр.

— Жак Белон — президент Франции. Я познакомился с ним еще задолго до того, как он стал президентом. К тому же, я — кавалер ордена «Почетного легиона», а это значит, что любое мое обращение в государственные службы требует немедленного разбирательства и если это возможно — то и помощи мне. Решено, я сегодня же напишу Жаку письмо… Однако мы слушаем тебя, Ихтиандр.