— Нужно плыть через Горн, — подумал Ихтиандр.

Он решил осмотреть один из кораблей, который лежал неглубоко и лучше других сохранился. Казалось, что судно стояло на якоре в открытом рейде. Ихтиандр достал ружье из сумки и спустился на палубу корабля. Любопытный Лидинг крутился здесь же. Скелетов, иногда остававшихся после кораблекрушения, не было. На палубе лежало несколько маленьких, но тяжелых бочонков. Вынув кинжал, Ихтиандр с трудом открыл один из них. Крупные монеты золотым плавным потоком опустились на истлевшие доски. Юноша безразлично посмотрел на золото. Вспомнились Зурита и Гуттиэре.

— Неужели эти желтые монеты могут быть источником зла среди людей? — с болью подумал он.

Ихтиандр открыл сумку и бросил туда несколько пригоршень монет:

— Если людям нужно это, то я подарю их другу отца, — решил он.

Юноша уже хотел покинуть корабль, как вдруг заметил чью-то тень у входа в одну из кают.

Он внутренне собрался, но холодок все же пробежал по его спине. Дельфин в это время всплыл на поверхность океана и человеку пришлось остаться один на один с неизвестностью. Овладев собой, Ихтиандр приготовил ружье к стрельбе. Прошло несколько минут томительного ожидания. Юноша подобрал длинный металлический прут, валявшийся на палубе, и подплыл к каюте. Осмотревшись вокруг, он осторожно открыл дверь пошире. В каюте было темно. Ничего особенного не заметив, Ихтиандр подумал: «Показалось…» И тут же почувствовал, что кто-то с силой вырывает прут из рук. Человек машинально нажал на спусковой крючок в тот момент, когда мгновенно выброшенное щупальце гигантского спрута обвило его тело. Но выстрел оказался точным, так как щупальце постепенно утратило свою силу, а подоспевший Лидинг сбросил его. Опасаясь, что в каюте есть еще спруты, юноша выстрелил туда наугад несколько раз, но этот гигант был один — во всяком случае в этой каюте, так как заглянувшего туда человека больше никто не тронул. У полуразвалившейся перегородки каюты лежал небольшой металлический ларец, покрытый толстым слоем планктона. Ихтиандр с трудом при помощи кинжала открыл его. То, что он увидел, удивило и восхитило даже его, человека, который был равнодушен к предметам роскоши. На жалких остатках подушечки лежало ослепительно сверкавшее ожерелье из драгоценных камней и золота. Ихтиандр и раньше находил разные драгоценности. Часть из них он приносил Сальватору, который, кстати, не поощрял его за это — доктор был и так богат. А про другие он просто забывал и оставлял там, где находил. Но такого ожерелья он еще не встречал: золотой цветок, сияющий бриллиантами. Юноша представил его на груди Гуттиэре. Сладкие воспоминания…

Ему захотелось посмотреть, нет ли еще чего-нибудь интересного на корабле. Помня о спрутах, Ихтиандр был осторожен. Тут он вспомнил о наушниках и надел их, — дельфин молчал, и с любопытством тыкался носом в дверные проемы кают, но через минуту в наушниках вдруг раздалась пронзительная трель. Встревоженный Ихтиандр быстро приблизился к другу, приготовившись стрелять. Дельфин вел себя как-то странно. Он то отплывал назад, то поворачивал вперед. В наушниках, кроме трели, ничего не было слышно. Юноша быстро понял, в чем дело. Перед дельфином была большая зеркальная стена. Лидинг принял свое отражение за другого дельфина и почему-то очень сердился. Ихтиандр обнял дельфина и начал гладить его. Такой прием обычно помогал успокоить рассердившегося друга, но на этот раз Лидинг не унимался. Тогда юноша подхватил валявшийся железный прут и разбил центральную часть зеркала. Когда его осколки медленно опустились на пол, дельфин угомонился, — сердитая трель его скоро совсем затихла. Ничего больше не обнаружив на корабле, друзья всплыли на поверхность океана, чтобы продолжить путешествие дальше.

ГЛАВА 5

Ихтиандр несколько раз сверился с показаниями компаса и карты. Следующим ориентиром был остров Эстадос, путь к которому пролегал в открытом океане. А от острова до мыса Горн оставалось меньше дня пути. Путешествие для человека было интересным, как, впрочем, и для дельфина. Правда, чем ближе они подплывали к южным полярным широтам, тем меньше было разнообразие в животном и растительном мире океана. Вода с каждым днем становилась все прохладнее. Затонувших кораблей, которые с любопытством исследовал Ихтиандр, почти не встречалось.

Подводный мир — это особый мир. И хотя Ихтиандр плыл уже в холодных водах, подводные картины продолжали удивлять его. Длинные, похожие на разноцветные веревки, водоросли, несущие грушевидные пузыри. Их клейкие, гладкие стебли достигали трехсот-четырехсот ветров в длину. По дну расстилалась трава с листьями, покрытыми коралловидными наростами. Среди этой растительности копошились ракообразные, моллюски, крабы, разнообразные рыбки. Минеральные и органические вещества, содержащиеся в морской воде, только увеличивают ее прозрачность. Ихтиандр встречал места, где дно видно было очень хорошо на глубине сто двадцать — сто тридцать метров. Он обратил внимание на очень красивых медуз. Они имели форму то полусферического зонтика, совершенно гладкого, с буро-красными полосками и обрамленного правильными фестонами, то они были в виде корзинки, а из нее красиво свешивались широкие листья и длинные красные веточки.

Приближалась ночь, нужно было в очередной раз подумать о ночлеге. Холодная вода действовала на человека возбуждающе. Опасности не было, и уже около четырех часов утра друзья отправились в путь. Совсем скоро рассвело, и Ихтиандр увидел справа от себя восточное побережье Огненной Земли. Берега были изрыты фьордами, далее виднелась степь и совсем вдалеке — горы.

«А вот и гора Сармиента. Все правильно», — подумал он.

Плыть, ориентируясь по побережью, было несложно, но впереди — открытый океан и больше четырех тысяч миль до острова Пасхи.

«Да, остров Пасхи. В инструкции написано, что его нужно обязательно найти, — вспомнил Ихтиандр. — Надо торопиться…»

И два друга понеслись в пучине океана. Человек отставал, если они плыли наперегонки. Но здесь, в южных полярных широтах, было не до игры. Дельфин все чаще произносил слова: «Прохладно» и «Куда плывем». Вскоре впереди по курсу показалась земля. Картина, открывавшаяся передним, соответствовала описанию мыса Горн. Сверив по карте и компасу координаты: 55°59' южной широты и 67°16' западной долготы, соответствовавшие мысу Горн, Ихтиандр решил немного отдохнуть.

После обеда друзья взяли курс на северо-запад. Юноша не решался уплывать сразу в открытый Тихий океан, далеко оторвавшись от берега. Поэтому, прикинув путь, он немного отклонился от направления, заданного по карте. Вода в океане стала теплее. Переночевав, они продолжили путь. Движению мешал сильный ветер и быстрое течение. С компасом что-то случилось, он показывал то одно направление, то другое. Берега не было видно. Исследование глубины ничего не дало — как и предполагалось, она была большой. Ихтиандр задумался: