— Мы собирались приехать пораньше, — объяснил Лен, — но отец заставил меня закончить пашню.

Фил знакомился с Бастером, который приветливо полаивал, но совершенно ясно говорил, что пока ещё плохо знает мальчика.

— Ну просто симпатяга! — сказал Фил. — Вот бы нам такого: больше ничего не надо, только тюленя.

— Ещё будет, — пообещал ему Лен, — хотя, впрочем, родители не разрешат тебе его держать. Тюлени ужасно надоедливые. — Лен был выше Клинта, но коренастый, поэтому он казался ниже. А выражение его лица было то приветливым, то недоверчивым. Он осмотрелся, задержав свой взгляд на оконечности мыса. — Прежде всего, я думаю, нам стоит поесть.

— Мама ждёт нас к обеду, — сказал Клинт.

— Вот здорово!

— Очень любезно с её стороны.

Но Лен покачал головой:

— Когда мы захотим есть, съедим наши сандвичи. А после обеда нам целый час не разрешат купаться.

— Купаться ещё холодно, — заметил Фил.

— Тебе холодно, а мне нет! — огрызнулся Лен. — Сначала посмотрим, как купается Бастер; для этого мы и приехали. — Он окинул Клинта насмешливо-недоверчивым взглядом. — Ты уже научил его плавать?

— Он за всю свою жизнь ещё ни разу не был в воде, разве что под душем из шланга.

— Тогда поедем в Бухту Радости, — решил Лен. — Половим рыбу, у нас в лодке есть удочки. Может, искупаемся. И поедим, когда захочется. А Бастер покажет нам, на что он способен. Держу пари, что когда он залезет в воду, то разовьёт такую скорость, будто в нём реактивный двигатель.

Все согласились, что Бухта Радости — место самое удачное. С пол мил и в длину и в несколько сот ярдов шириной, она была похожа на горное озеро с поросшими елью крутыми берегами. Люди жили там только в самом дальнем конце, где берег был отлогим и влажным. На опушке леса стояло несколько хижин, в них зимой отогревались рыбаки. А у западного берега был сплошной завал из брёвен; там отец Клинта вязал свои плоты. Прямо посредине бухты высилась песчаная отмель, и в маленьком заливе позади неё на глубокой воде лежал плот.

Мама Клинта снабдила их жареными цыплятами, пирогами и молоком. Мальчики и Бастер поели тут же, на плоту. Тюлень никогда не отказывался от еды, но сегодня он нервничал от близости воды. Сначала он не отходил от Клинта и всё время волновался — ему хотелось, чтобы Клинт убрал куда-нибудь море.

После завтрака мальчики принялись убеждать друг друга, что вода самая подходящая для купания. Они спорили, следует ли переждать после еды полчаса или час. Час прошёл, а они всё продолжали лежать на плоту под солнцем и удить рыбу.

Начался отлив, рыба перестала клевать: наверное, она была так же сыта, как и мальчики. Время от времени какая-нибудь рыбка поглядывала на приманку, как Фил — на остатки пирога, и отворачивалась. Забавно было просто смотреть на рыбок в зелёной воде, на крабов, ползающих по песчаному дну, на ленты морской капусты, трепетавшие в подводном течении…

Клинт очнулся от резкого выстрела из ружья.

Это Лен пальнул по пробковому поплавку, маячившему у входа в бухту. Фил и Джордж выбрали удочки из воды. Улов составляли только бычки — их съел Бастер, а на крючке Клинта даже приманки не было. Он и представления не имел, сколько времени у него был пустой крючок. А та приманка, что лежала рядом, тоже исчезла — её съел Бастер.

Лен выстрелил ещё раз, поплавок подпрыгнул.

— Попал, — удовлетворённо сказал Лен.

Джордж снял приманку и всадил крючок в кедровое удилище, на которое была намотана леска.

— Не оставляй приманки на крючке, — сказал он Филу, — а то Бастер ещё проглотит его.

Лен снова выстрелил, но промахнулся.

— Кто лезет в воду?

Ответом было лишь смущённое молчание. Фил попробовал воду ногой, но тотчас отдёрнул ногу.

— Ух, ну и холодно!

— Ребёночек! — Лен начал раздеваться. — Кто влезет последним, тот трус!

Мальчики принялись раздеваться, не проявляя, однако, особого энтузиазма. Клинт ещё стягивал с себя нижнюю рубашку, когда услышал шум — это нырнул Лен. Клинта обдало ледяными брызгами. Бастер завизжал и прижался к его ногам. Клинт решил, что тюленя напугал этот шум.

Лен вынырнул, отдуваясь, и схватился за край плота.

— Видели, как я нырнул прямо в лёд?!

Оттолкнувшись от плота, он снова ушёл под воду.

Следом за ним нырнул Джордж; а потом, заверещав, плюхнулся Фил. Набрав воздуха, нырнул с края плота и Клинт. По-настоящему холодно было только в первую секунду, и поэтому он решительно направился вниз, на дно, где несколько секунд любовался красным морским огурцом, который с помощью своих пятнадцати ветвистых щупалец охотился за добычей.

Когда Клинт вынырнул на поверхность и отвёл мокрые волосы с лица, он увидел, что Фил уже стоит на плоту и, дрожа всем телом, натягивает на себя одежду. Джордж держался за край плота, собираясь вылезать из воды, и только Лен ещё барахтался в воде, обзывая их трусами, и кричал, что вода превосходная. Но через минуту они все уже были на плоту, а Бастер радостно топтался рядом: с глупостью было покончено. Кисло взглянув на него, Лен сказал:

— Послушай, Клинт, ведь мы приехали сюда посмотреть, как Бастер будет учиться плавать. Так как же насчёт урока?