– Что за город, что за страна! Безобразие, просто по улице нельзя пройтись!

Итак, столь тщательно разработанный, практически безукоризненный план рухнул. Участники заговора в унынии сидели в автобусе, размышляя о тщете человеческих усилий. Лёва с сожалением разглядывал подпорченную одежду.

– Я знаю, что надо делать, - сказала Настя, - пора прибегнуть к услугам профессионалов.

– Я уже пробовал, - вздохнул Куперовский.
– Они отказались.

– Ничего, - заявила храбрая комсомолка, - на этот раз мы пойдём к нему все вместе. Пусть теперь попробует увильнуть!

– Мой ответ будет прежним, - отрезал Квазимоденко, терпеливо выслушав рассказ о попытках и неудачах и мольбы о помощи.

– Подумайте, Архимандрит Степанович, какую добрую память о себе и своей стране вы посеете в сердцах местного населения, - уговаривал гид.
– Мы даже можем поставить вам памятник на центральной площади. Если хотите, вас изваяют читающим вот эту самую газету.

– Хорош я буду, - фыркнул Квазимоденко, - без штанов и с "Правдой" в руках.

– А что?
– не удержался Лёва.
– Типичный образ советского человека.

– Извините, - сказал экскурсовод, - таковы здешний менталитет и художественные традиции.

– Давид тоже не в брюках, - встрял Куперовский.
– И Аполлон. Решайтесь, Архимандрит Степанович. Даже интересно будет сравнить. Только учтите: местные мастера - сплошь реалисты.

– Ни один Давид в органах не работал. По крайней мере, при мне.

– И вы не будете, - ласково сказала Настя, - если мы сообщим прессе, что майор КГБ отказал в поддержке борцам за национальную независимость. Представляете свой портрет на первой полосе "Таймс"?

– Я подполковник, - уточнил Квазимоденко и задумался.

Ему не мешали. Наконец, взвесив все "за" и "против", он недовольно пробурчал:

– И чего вы хотите от меня?

– От вас?
– улыбнулась Настя.
– Совсем немногого: совета опытного в таких делах человека с учётом его стратегических и тактических талантов.

– Ну что ж, вы не оставили мне выбора. Но командовать парадом буду я!
– угрожающе произнёс посланец пресловутых органов.
– Стало быть, говорите, молитвенники? И по субботам отдыхает в одиночестве на пляже? Значит, брать будем из воды.

– Не выйдет, - сказал экскурсовод-контрразведчик.
– Охрана близко, у них бинокли и моторки. Перехватят.

– Вы меня неправильно поняли, - укоризненно проговорил Квазимоденко, - и слишком спешите. А это неразумно, если вы решили установить особые отношения с тем ведомством, которое я представляю.

– Нет-нет, - быстро возразил гид, - только с вами и только временно.

– Жаль. У нас неплохо платят, плюс премии, да за выслугу, да ещё и грамоты по праздникам. Рация - бесплатно, с четырьмя диапазонами и эквалайзером. Поразмыслите. Но вернёмся к делам. Нам нужна девица.

– Возьмите меня, - вскочила Настя.

– Ты бы подошла, но испанским не владеешь.

– Джо тоже его не знает, - сказал гид, - он вынужден был выучить русский, чтобы хоть как-то общаться с местным населением.

– Да? Это хорошо. Тогда используем Путанко.

– О, конечно!
– оживился Мигель.
– Красивый путанка - как раз то, что надо. Кающийся Магдалин - очень может действовать на пират. А если нет, я помочь как-нибудь иначе использовать русский путанка.

– Я Путанко, Путанко, Путанко!
– закричала Настя, топая ногами в босоножках с острыми каблучками.

– Итак, в качестве туземной барышни к мистеру Эггу отправится Анастасия. Выкрасим её в зеленовато-коричневый цвет, нарядим. Однако это может быть опасно.

– Я не боюсь, - вскинув голову (отчего волосы и прочие пышности фигуры волнующе всколыхнулись), заявила девушка.

– Вот и славно. А если что пойдёт не так, то вы все свидетели, что я в ваших художествах не участвовал и ни о чём не знал. Кстати, нужно сочинить нашей красавице имя...

– Я уже придумала: Лолита-Кончита.

– ...И фамилию, что-нибудь испанское. Санчес, Мартинес...

– Кусинтохес, - сказал Лёва.

– Звучит хорошо, - прокомментировал гид.

– Так и решим. А диспозиция наша будет состоять в следующем...

– ...Только запомни, Анастасия, - во что бы то ни стало ты должна заманить его к белому камню под кривым деревом, причём обязательно одного. А уж дальше наше - то есть вот их - дело.