Внезапно передо мной снова, как и при нашем знакомстве, возникло ростовое зеркало: видно, Дживс решил, что это будет более красноречивым, чем слова. По ту сторону отразилась все та же изумрудная сфера, вот только теперь она не была столь спокойной, как в прошлый раз. Поверхность ее постоянно волновалась, вскипала и вихрилась маленькими смерчами, а в глубине периодически вспыхивали красно-коричневые огоньки, почему-то вызывавшие ассоциации с ранами.

– Ну ладно, – сказал я. – Считай, что объяснил. Буду держать себя в руках. – Волнение на глазах успокаивалось, затем пропало и зеркало.

Я снова осмотрелся. Мы находились в небольшой комнате, стены которой скрывались за рядами шкафов. Их створки были открыты, демонстрируя пыльную пустоту. Лишь кое-где в углах виднелись комки чего-то, напоминающего застывший мед, усыпанные символами.

– Опоздали, – сказал я. – Этот гад добрался раньше. Здесь документы важные хранились, да и черт с ними. Главное – кодоны. Полезные. Взломщики, шпионы, стиратели, метаморфы, боевые вирусы. НЗ [49] на черный день.

– Вряд ли вы можете на него сердиться за это, – рассудительно сказал Дживс. – Это имущество принадлежит вам в той же степени, что и ему.

– Ну да, – я почувствовал, что снова начинаю заводиться. – Только ведь он мог просто скопировать, что ему нужно – и уйти. А он все стер. Зачем? Прояви свои вычислительные способности.

– Вынужден признать вашу правоту, – откликнулся Дживс. – Он все стер, потому что не хотел, чтобы этим воспользовались вы. Теперь я понимаю ваш гнев. Однако, на мой взгляд, это все равно нерациональное чувство.

Чего же хочет Питер, размышлял я. Просто обезопаситься от меня или с помощью кодонов причинить мне вред? Учитывая, что взломщик программных кодов или морфовирус вряд ли смогут навредить обычному человеку, ответ напрашивался сам собой. А значит, я должен принять ответные меры. Что ж, Питер, видит бог, не я начал эту игру.

В сопровождении Дживса я вернулся в вирт-систему «Церебрума» и первым делом попытался установить, где сейчас находится Питер. Оказалось, он только что вышел из кабинета Накадзавы и куда-то направлялся, возможно, действительно решил освободить ту японку, хоть эта внезапная благотворительность и выглядела подозрительно. Сколько себя помню, никогда не страдал излишней сентиментальностью. Что ж, пока он ходит по своим темным делишкам, займемся собственными.

– Дживс, как думаешь, мы сможем проникнуть в коммуникационную сеть полицейского управления Токио?

– Это незаконно! – золотистая сфера пошла возмущенными волнами, совсем как мое отражение недавно. – Не говоря уже о том, что она наверняка отлично защищена.

– Несомненно. Однако защита системы, наверняка, рассчитана отслеживать чужие агрессивные программы, которыми управляет человек. Но я ведь не программа. Мне кажется, мое вмешательство кодон-стражи вряд ли воспримут как угрозу. Тем более, я всего лишь хочу подключиться к коммуникационным линиям. Разве тебе не интересно проверить мою версию? Уверен, что твой создатель будет доволен, если ты подкинешь ему новую идею, – забросил я наживку.

– Возможно, вы правы, – признал Дживс после долгих раздумий. – Хорошо, я помогу вам, но только если ваше вмешательство не приведет к повреждению полицейской сети.

– Это я тебе обещаю, – успокоил я совестливую программу.

– Хорошо, тогда вперед.

Мы снова устремились к границе местной системы, однако там нас ждал сюрприз. Громадное золотистое окно, через которое мы вышли в Гипернет в прошлый раз, словно затянуло серой густой паутиной, так, что через нее лишь мигали отдельные золотые искорки.

– Это еще что такое? – спросил я, предчувствуя недоброе.

– Как я и предупреждал, – Дживс метнулся из стороны в сторону. – Полиция перекрыла выход в Сеть.

– Отлично, – протянул я. – Не гайморит, так геморрой. И что, шансов пробиться у нас нет? Ты что-то там говорил в прошлый раз про варианты.

– Есть один. Создатель как-то сказал, что слишком многое вложил в меня от себя, – в голосе Дживса почудились ребяческие нотки. – А в студенческие времена он часто бывал там, куда обычным пользователям хода не было. За мной.

Очередная гонка по системе «Церебрума», уже не казавшейся мне такой уж большой, закончилась в секторе, в котором ни на первый взгляд, ни на второй ничто не привлекало внимания. Концентрация информсимволов здесь была минимальной, никаких скоплений не наблюдалось. В общем, выглядело, словно глухой темный угол в роскошном, заполненном разной ценной утварью буфете.

– Сюда, – Дживс золотой стрелой метнулся в сторону. Я последовал за ним и увидел, что он остановился возле небольших ворот, будто парящих в воздухе. Присмотревшись, я заметил интересную деталь. На створках отсутствовали дверные ручки и замочные скважины.