Старику пришлось сесть. Он с опаской глядел на Марию Евграфовну, но та невозмутимо вышла во двор. Виктор позавтракал, он заметил, как мало съел отец – всего лишь один бутерброд да чай.

После завтрака старик встал и собрался было убрать посуду.

– Да ты что, брось! Мария Евграфовна уберёт, не мужское это дело – посуду мыть. Пойдём, ты мне ещё огород не показал, – Виктор увёл отца из дома.

По дороге к огороду Виктор прихватил корзинку.

– Что, отец, обедать-то тоже надо, пойдём овощей соберём.

Мария Евграфовна следила за ними, сидя на заднем дворе.

– Вот это я понимаю помидоры! А огурцы просто высший класс – такие только на южной кубанской земле и растут. Ох, как я давно таких не пробовал!

– Витя, ты бы…

– Да я серьёзно, отец! Хорошие помидоры, вы большие молодцы с женой! Ой, да у вас и курочки имеются… Ну я знаю, что будет у нас сегодня на обед.

Он достал пневматический пистолет, прицелился и выстрелил. Он попал в самую цель. Одна из куриц повалилась и запрыгала в конвульсиях.

– Ты что наделал?! – закричала Мария Евграфовна, которая подбежала, услышав хлопок.

– Это не отец, это я, – ответил Виктор, – очень кстати вы подошли. Мы с отцом решили, что будем есть на обед.

Виктор прошёл в загон, взял курицу и протянул её Марии Евграфовне. Старик стоял рядом и боялся шелохнуться.

– Чего же вы, – спросил Виктор. – A-а, я же не объяснил, как готовить, извините! Значит, я люблю курицу запеченную в духовке, а на гарнир рис, пожалуйста. Только со специями, но не пересолите.

Мария Евграфовна взяла курицу в руки.

– А вечером дочь ваша, говорите, приезжает? – задумчиво произнёс Виктор, – сейчас я и ужин организую! – заключил он, вновь достал пистолет и прицелился на этот раз в кролика.

Бах! Раздался выстрел. Мария Евграфовна круглыми от гнева глазами смотрела на Виктора, сжимая курицу в руках.

– Отец, нож неси, сейчас освежим.

Отец быстро принёс нож, и Виктор прямо на месте отделил шкуру от тушки.

– Ладно, дальше уже хозяйка справится, – Виктор оставил мясо на противне, позвав Марию Евграфовну.

Та вышла из дома. Она, казалось, даже побледнела от злости и неслыханной дерзости Виктора.

– Мы сейчас уезжаем с отцом на могилку матери, а вы пока всё приготовьте. Рис только, пожалуйста, на сливочном масле ещё поджарьте, чтобы он посочнее был.

– Витя, да ты сам, может, съездишь…

– Как это сам, ты чего! К матери один поеду, да ты сам когда был-то там в последний раз?

– Да мне ещё кроликов нужно покормить…

– Да ничего не будет вашим кроликам, не сдохнут они, пока нас не будет, к тому же, Мария Евграфовна может их покормить. Она вон, какая хозяйственная! Иди переодевайся, бери инструменты, а я пока продуктов в дорогу возьму.

Виктор ещё раз вернулся в дом, взял с собой колбасы, сыра, хлеба в дорогу, нарвал овощей. Затем он вышел к машине.

– Отец, ты чего не переоделся?

– У меня только одни такие… Вторых рабочих нет, а там же красить нужно будет.

– Ну ладно, поехали.

Они сели, и Виктор завёл машину. Пока они выезжали, Мария Евграфовна с недовольным лицом смотрела в их сторону. Выехав, Виктор сразу свернул на грунтовую дорогу, затормозил и повернулся к отцу.

– А теперь рассказывай. Только честно! – сказал Виктор.

– Ох, Витя, ты же и сам всё видел… – вздохнул Иван Дмитриевич.

– Рассказывай!

– Понимаешь, когда-то давно, когда тебя ещё не было на свете, я работал в одной школе. Школа хорошая была, ребята талантливые, учителя все очень квалифицированные. И была там одна учительница младших классов… В общем, как-то так получилось, что мы с ней сразу нашли общий язык и стали дружить. Коллеги, конечно, шутками своими, может быть, ускорили процесс, но… Любил я её – это правда. И она меня, как мне тогда казалось. Много мы с ней времени вместе провели. В один из вечеров я даже жениться обещал. Но жизнь есть жизнь, если хочешь её насмешить – расскажи о своих планах. Ездил во время зимних каникул на конференцию в Москву, а там встретил твою будущую мать, – старик мечтательно улыбнулся, было видно, что ему очень приятны эти воспоминания. – Если в двух словах, то дома я пробыл три дня. Марии я ничего не сказал, а просто собрался и уехал к вашей будущей маме. А теперь вот встретил снова Марию и как-то… Не смог я мимо пройти…

– Отец, но ты разве не видишь, как она с тобой обращается?

– Вижу, Витя, вижу… Попал я в кабалу самую настоящую, связан по рукам и ногам. Деньги, которые выручил с продажи дома, я собственноручно отдал её дочери. Не помню я, о чём думал тогда, но думал точно не своей головой. Пенсию она вынудила меня переводить на её счёт. Стыдно мне перед тобой, Витя, перед Таней, но так выходит, что я теперь ничего не могу поделать…

– А сегодня действительно кто-нибудь приезжает?

– Да, дочь её с мужем и братом мужа. Ох, мне эта компания! Только пьют и едят. Давно я бы что-нибудь сделал с ними, да Мария Евграфовна постоянно рядом, и, чуть что, сразу начинает меня подавлять. А что я ей скажу в ответ, когда всё, что имел по закону, теперь принадлежит ей? Сам виноват…