Ученики не поняли, от чего нужно отказаться, а он тем временем продолжал:

– Надо отказаться от половой жизни. Конечно, такое решение сразу не принимается. Даю вам две недели. Через две недели, кто будет согласен продолжать занятия, приходите, – и всех распустил.

Тот ученик, который написал эту книгу, не согласился на такие условия. Но вот двадцать процентов учащихся, по его словам, дали согласие. Сколько они прожили – неизвестно.

И вот сейчас сижу, смотрю на поплавки и думаю: так, может, в самом деле, заведующий кафедрой, о котором рассказывала Майя, который к тому же научил её боевым искусствам, обучил её ещё и йоге? И теперь она, будучи на год старше меня, сохранила красоту тридцатилетней женщины. А ведь, кстати, она не была замужем. Я ещё раз припомнил условие, при котором должно было проходить дальнейшее обучение йогой.

Сидел я с такими мыслями, не выспавшийся, позёвывал, изредка ловил то коробочка, то карасика, то небольшого сазанчика. Соревнование наше как-то забылось, да и лень было, потому что вчера наловили столько рыбы, что не только нам, но и соседям раздать хватит.

Вдруг Петрусь кричит:

– Сюда! Подсак, подсак!

Все пошли к Петрусю. Видим, что на крючке у него действительно дёргается что-то приличное. Брат начал советовать:

– Осторожно, осторожно! Не давай ему слабины, не давай слабины! А то он сейчас захватит своим плавником!

У карповых (у самого карпа, у сазана, у карася и у зеркального карпа) на верхнем плавнике есть что-то вроде пилы. И частенько бывает, что карп захватывает леску своим верхним плавником и просто-напросто перерезает её, как пилой. Ещё карпу, сазану нельзя давать слабины. У него губа нежная; если дашь слабины, то он делает рывок и либо обрывает губу, либо рвёт поводок. Поэтому всё время надо держать леску внатяг. Петрусь – опытный рыбак, он это знает, поэтому аккуратно держит удилище согнутым, амортизирует хорошо, катушку всё время держит в напряжении. Долго он с ним возился, но и было за что. Все понимали, что у Петруся на крючке что-то очень приличное. Пока Петрусь его вымотал, прошло минут десять, а то и больше, потому что клюнуло далеко от берега.

Петрусь начал его подтаскивать к берегу. Чувствуется, что устала рыба бороться. В это время брат зашёл в воду, взял большой подсак, опустил его и стал командовать Петрусю:

– Так! Вот так! Ага, ага, давай его сюда! Так, ещё чуть-чуть!

Когда Петрусь подвел карпа к подсаку, брат резким движением его поднял, и эта громадная рыбина (как потом взвесили – 6,750 кило) оказалась зеркальным карпом. Почему называется зеркальным, не знаю. Может, потому, что сазан и карп полностью покрыты чешуёй. Разница, вероятно, есть, но я не умею различать сазана и карпа. А вот зеркальный карп не весь покрыт чешуёй, а только в районе головы, вдоль спины, у плавника верхнего, по брюху у хвоста, а вот бока без чешуи – просто кожа. Иногда попадается несколько крупных чешуек. Если такого карпа просто жарить, то эта шкура получается жестковатой и не очень вкусной. Зеркальных карпов лучше тушить в сметане.

Как-то раз, когда в 80-е годы я работал в ФРГ, с главным конструктором фирмы мы пошли на сельскохозяйственную ярмарку. Там были живые карпы, и я, конечно, сразу заинтересовался.

– У вас такие есть? – спросил меня тогда главный конструктор.

– Да, конечно, есть. Я ловил.

– Так что, и готовить можешь?

– Да. Могу и готовить.

Где-то через неделю он пригласил меня в гости. Я часто у него бывал дома, потому что в командировке находился один. Он проводил меня на кухню, там была его жена.

– Вот вам рыба (в ведре несколько живых сазанов), – приготовьте по русскому и по немецкому рецепту, – сказал он мне и своей жене.

Я, конечно, не ожидал такого, но раз сам проболтался, то деваться некуда. Стали готовить. Я с двух сазанчиков чешую снял, почистил, поперчил хорошо с двух сторон. Сазанчики были небольшие, граммов по шестьсот. Посолил и острым ножом сделал сверху глубокие надрезы, чтобы перерезать кости. Когда рыбу тушишь, то эти кости размягчаются. Обжарил на кукурузном масле, потом залил сметаной, накрыл крышкой и потушил. Вот такое было блюдо. Параллельно фрау тоже делала. Она готовила и объясняла каждое своё действие. Я ей тоже объяснял, что делал. Она взяла что-то вроде противня с высокими краями, порезала морковку тоненькими кружочками, разложила на противне, картошку почистила, порезала кружочками и положила слой. Репчатый лук мелко порезала и засыпала сверху, а потом двух карпов, таких же, как у меня, граммов по шестьсот, посолила, поперчила, но не вынимала хребет, не надрезала, а просто положила на противень – они как раз туда валетом поместились. Сверху полила кукурузным маслом, потом подумала и добавила немного воды. Я воды не добавлял, так как у меня в сковороде была сметана. Мы всегда тушили в сметане, а здесь она решила добавить водички, причём, я обратил внимание, что, прежде чем добавлять, она немного поколебалась. Потом взяла фольгу, закрыла противень и поставила в духовку. Я-то на огне делал, а она в духовке. Установила температуру 180 градусов, а время – 40 минут. Это я всё запомнил.

Прошло 40 минут, может, чуть меньше. Она собирает на стол обедать. Получилось у нас два рыбных блюда на обед. Конечно, мы хвалили чужие блюда: я говорил, что вернусь домой и буду так же готовить, а она говорила, что теперь будет русским блюдом угощать гостей. Кстати, потом у Гюнтера был день рождения, так она по моему рецепту сделала рыбу, и всем гостям очень понравилось. Вот такие рецепты с карпами. Так что зеркальный карп пригоден для тушения, а для жарки лучше подходят карась, карп и сазан.

Когда Петрусь с братом вытащили карпа, мы все долго его рассматривали. А после уже и рыбачить как-то не хотелось. Мы с Майей пошли глянуть, сколько наловил брат. Там было столько всего наловлено! Мы с Майей вместе и половины не поймали того, сколько было у брата. А в это время позвонила Оля и сказала, что приготовила моё любимое блюдо из нутрии, сварила борщ и ждёт нас всех к обеду. Мы смотали удочки, собрались, стали подводить итоги соревнования. Они оказались таковы: самую большую поймал Петрусь, больше всех наловил брат, а нам с Майей, так сказать, спасибо за участие.