Шрифт:
Что же теперь со мной будет? Что будет с Ланой? Где вообще ее искать?
Глава 3.
POV Алекс.
Услышав легкий хлопок двери, я вздрогнул всем телом и усиленно заморгал. Похоже я отрубился сидя на полу. Идиот. Подняв взгляд, я увидел мою девочку. Все существо до краев затопила волна различных чувств. Злость на ее безалаберность, ведь она провела ночь неизвестно где, а это могло быть опасно и она могла пострадать. Радость и облегчение, оттого, что с ней ничего не случилось. И жгучий стыд в перемешку с виной, подогреваемые удушающим страхом.
Глаза любимой были красными и опухшими, лицо бледным, а весь вид в целом болезненным. Выражение любимого лица было непроницаемым, маска, за которой она прятала от меня эмоции и чувства.
— Ты где была? — задал я вопрос, стараясь сохранять ровный тон, не зная какую линию поведения выбрать.
— Тебя это не касается, — ответила девушка каким-то механическим голосом, и прошла мимо.
Оказавшись в комнате, она достала большую, дорожную сумку и начала складывать туда свои вещи. Движения были неторопливые, но выдавали напряжение. Лана была похожа на сжатую пружину. Глядя как она вынимает из шкафа свою одежду, я ощутил приступ паники.
«Что ты застыл, идиот! Она сейчас уйдет. Сделай что-нибудь уже!» — неистово орал внутренний голос.
— Лана, нам нужно поговорить, — тихо произнес я.
— Поговорить? — отозвалась девушка не оборачиваясь, — О чем, Алекс? О том, что я сидела как дура дома и ждала тебя, пока ты ходил трахаться? Или о том, что я наивная идиотка слепо верила твоей лжи?
Каждое ее слово было справедливым. Жгучий стыд жег изнутри, никогда еще я не ощущал себя таким дерьмом, как сейчас. Но я не могу просто сдаться и смотреть, как она уходит.
— Любимая, я знаю что обидел тебя, но…
— Обидел?! — похоже ее маска невозмутимости дала трещину, так как голос повысился на несколько октав, — Ты предал меня, Алекс! Ты предал нас! Перечеркнул все, что было между нами хорошего!
Из меня вышибло весь дух, от горечи, которой были пропитаны слова Ланы. С каждой минутой, с каждым ее словом и без того призрачная надежда на прощение, таяла на глазах. Я чувствовал, что теряю ее. Уже потерял, но из упрямого отчаяния не был готов согласиться.
— Как долго? — внезапно спросила девушка, — Скажи хотя бы сейчас правду, как давно ты мне изменяешь? Ни за что не поверю, что это было впервые.
Первым порывом было солгать, дабы хоть чуть-чуть облегчить ситуацию. Но пришло понимание бессмысленности и даже пагубности этого стремления. Сейчас Лана смотрела на меня глазами, лишенными розовых очков любви, которые заставляли не замечать мою ложь и виноватые взгляды раньше. Сейчас же она сразу заметит ложь, почему-то я в этом был уверен. Усугублять и без того кошмарную ситуацию не хотелось, и прикрыв глаза я прошептал:
— Около пяти месяцев.
Мои слова повисли в оглушающей тишине. Она давила на психику. Лучше бы Лана психанула, кинулась на меня с кулаками, но эта тишина была жуткой.
Открыв глаза, я увидел как любимая обхватив себя руками, потирает плечи. На лице было отвращение, весь ее вид кричал о том, что она себя считает грязной.
— Боже, — наконец выдохнула она, — и все это время, ты возвращался от нее и ложился в постель ко мне.
Не нужно иметь много ума, чтобы понять ход ее мыслей. Лана считает, что я ее осквернил, испачкал. И она права. Ей было больно, девушка была уже не в состоянии держать маску, и ее боль отзывалась во мне. Было настолько тошно, что хотелось просто исчезнуть. Я не знал что мне делать, как исправить произошедшее.
— Прости меня, родная, — тихо взмолился я, понимая, для нее мои слова — пустой звук.
— Ответь пожалуйста, чтобы я знала на будущее, авось пригодится, — убитым голосм произнесла любимая, — Почему? За что ты так со мной? Где я облажалась?
Что? Она думает проблема в ней? Это не так! Только я было открыл рот, чтобы возразить, как она продолжила:
— Ради тебя я отказалась от привычного уклада жизни. От всего хорошего и веселого, что есть в жизни студентов. Пошла против родителей. Осела дома, готовила, стирала, убирала. Мирилась со всеми твоими требованиями, даже с проклятой работой. Отдавала тебе все, что только могла. Я хотела быть для тебя идеальной, — прозрачная слезинка скатилась по нежной щеке и девушка всхлипнула, заставляя сжаться от боли мое сердце, — Так почему, Алекс?