Прибывший тогда по срочному требованию доктор Хофман успокоил меня, ранки были лишь небольшими порезами, царапинами. И только тогда я ощутил, как, наконец, напряжение ослабило свой узел, и панический страх отступает.

И сейчас, от осознания причин своей привязанности и страха за девушку, я был в ужасе. Считая, что смог справиться со случившимся, пережить это, даже побороть ночные кошмары, я считал себя свободным от прошлого. Ну, почти свободным. Я изменился и все, что было раньше теперь, не имело значения. И такой поворот стал для меня ударом в самое сердце. Я ни черта не свободен, я обыкновенный помешанный псих, просто симптомы не так ярко выражены.

Устав от самоедства, я все же решил пойти в подвал. Глаза быстро нашли скрюченное тело в углу. Оно не шевелилось, спал, наверное. Подойдя ближе, я брезгливо дотронулся до ублюдка носком ботинка, но он не подавал признаков жизни.

— Эй, просыпайся, кусок дерьма! — не выдержал я и пнул его сильнее.

Опять ничего. Ну, ты сам напросился. Вложив всю бурлившую во мне злость, я схватил его за волосы, и буквально отпрыгнул, столкнувшись с мутными, стеклянными глазами. Блядь! Да они все что, издеваются надо мной? Что сегодня за день дерьмовых сюрпризов?

Вылетев из подвала, я отдал исполняющему обязанности начальника охраны дома приказ убраться в подвале. Дерьмо! Я слишком долго думал, что с ним делать. Эта мразь, понимая, что ее ждет, предпочла сдохнуть самостоятельно, ломая все мои планы. Эта слишком легкая смерть для такого, как он!

Не желая возвращаться в комнату, я отправился на поиски ночных приключений. Но, сжимая в руках очередную шлюху, ощущал лишь раздражение на все вокруг. Меня бесило абсолютно все. Этот прокуренный клуб, эта сучка рядом, долбящая по ушам музыка… К черту. Встав на ноги, я слегка пошатываясь, пошел прочь, не обращая внимания на крики мне вслед.

Оказавшись на улице, глотал ледяной воздух, как впервые в жизни. Садиться за руль после такого количества выпивки — идея была так себе, но сейчас мне было плевать. Я гнал по ночным улицам и ощутил замешательство, обнаружив себя в итоге у ворот кладбища. Естественно, было закрыто, но мне плевать. Ноги сами принесли меня к плите, на которой было выбито — Сара-Луиза Бевейли, 1988-2006. Я не был тут девять лет. Лишь раз я пришел сюда, как только вышел из больницы, и больше я не смог заставить себя прийти.

Усевшись прямо на землю, я обратился к безмолвному камню:

— Сара, я схожу с ума, — но ответа, конечно же, не получил.

Большинство людей избегают таких мест ночью, но на меня снизошел странный покой. Казалось, я нахожусь именно там, где и должен.

— Представляешь, я встретил девушку, ужасно похожую на тебя, и даже не понимал этого до сегодняшнего дня. Странно, да? — спросил я. — Странно и отвратительно.

В меня закралось чувство, что своими поступками, своим поведением последние недели я предал светлую память моей родной Сары.

— Прости меня, — прошептал я, страстно желая услышать милый сердцу голос, хоть мельком взглянуть на нее.

Но реальность сурова, и все, что мне оставалось — воспоминания. Воспоминания, которые острым ножом ранят сердце, мешают думать и дышать.

— Я не знаю, как мне жить дальше. Что мне делать, Сара? Я не хочу тебя забывать, но я больше не могу. Я устал жить прошлым. Устал от воспоминаний, но я не знаю, как тебя отпустить, как обрести покой.

Замолчав, я просто слушал тишину, которая, на данный момент, была другом. Она успокаивала, была не такой, как в комнате. Сейчас мои мысли не вызывали у меня ни паники, ни отвращения, не было в них и отчаяния. Мне было спокойно. Хорошо.

— Спасибо тебе, родная. За все спасибо. Я обещаю, что разберусь со всем этим. Я люблю тебя. Я буду счастлив, как ты и хотела, — тихо произнес я.

Направляясь к дому, я ощущал странное спокойствие и даже некое чувство освобождения. Тревожные мысли отступили. Я принял решение.

Ночь у меня была весьма беспокойная. После того, как Адриан, поймав меня за руку на месте преступления и выслушав мои упреки, которые, впрочем, являлись истиной, просто выставил меня за дверь, я находилась в постоянном напряжении. Душу грызло неприятное чувство вины, вроде, все верно сказала, а почему-то ощущала себя паршиво. Плюс к этому, я опасалась, что он может передумать и заявиться ко мне с недобрыми намерениями.

Примерно спустя час, после того, как я закрылась у себя, услышала, как он вышел из комнаты. Впоследствии, я все же смогла забыться тревожным сном и поэтому понятия не имею, вернулся он или нет.