Тем более что крыша от лифта казалась совсем не далеко, а прыгать я умел с ранних лет. Отпустив веревку, рухнул на останки лифта, пробил, и в очередной раз возблагодарил свою судьбу, за ее не равнодушное ко мне отношение - дверцы уже были открыты, демонстрируя мне длинный коридор, в котором разгорались люминесцентные лампы, из расчета одна на тридцать шагов.

Прикрывая свои многострадальную голову руками - бейсболка не шлем, а пуговка на макушке, и подавно не помпон - ринулся по коридору, навстречу приключениям, глаза бы мои их не видели, а мозги даже и не подозревали об их существовании!

За спиной клубилась пыль, а через несколько секунд двери многострадального лифта "выперло" наружу качественным фурункулом из смеси битого кирпича, перекрытий и куском металла, гарантированно ставя крест на этом месте, как месте эвакуации.

Где-то наверху проскрежетали балки, пыль все прибывала.

Коридор, такое чистенький, пока в нем не появился я, отчаянно сопротивлялся, но бороться с человеческим безумием, можно только человеческими средствами.

– Смелый мышонок!

– Ага. Мне тоже нравится!
– Признался я, чувствуя, что неестественно высокий фон начал свое подлое дело: меня знобило, а в голове начали проявляться совсем не интересные мне личности.

Стены коридора норовили превратиться в тугой узел, проваливаясь стенами в бесконечную бездну.

Поток ошеломительно ледяной воды окатил меня с головы до ног. Пропал и снова появился, сбивая тугими струями с ног.

Сознание прояснилось.

Ослепительно белая комната, выложенная скользким кафелем; из форсунок на потолке и стенах хлещет белесая ледяная вода.

"Комната первичной очистки - дезактивации".

Стянув мокрую куртку, протер глаза от ядреной жидкости и принялся искать дверь.

"Первичная обработка проведена. Покиньте помещение".
– Обрадовал меня женский голос из зарешёченного отверстия динамика.

Потоки воды исчезли, втягиваясь в отверстия на полу, двери жутко заскрежетали и, разойдясь на полметра, застряли.

– И на том - спасибо!
– Поблагодарил я автоматическую систему и вывалился в комнату, вдоль стен которой висели антирадиационные костюмы.

"Регистрируется повышение радиационного фона до 52 микрорентген. Рекомендуется вторичная обработка".
– Динамик заперхал и, плюнув белым дымом, сдох, оставляя меня в полной тишине.

Стянув с себя мокрую одежду, закинул ее в стоящий у стены приемник "стиральной машинки", радостно пискнувшей и принявшейся размеренно отсчитывать минуты до завершения цикла стирки.

Глядя на костюм, покачал головой - старинная старина, но дозиметр продолжает работать, система дыхания, смешанная или как сейчас модно говорить "комбинированно-гибридная", функционирует, показывая 100% заполнение баллона с дыхательной смесью. Впрочем, как всегда все сдохнет именно в тот момент, когда будет нужнее всего.

Покачав головой, не доверяя глазам своим, натянул костюм, нахлобучил на голову огромный шлем с квадратным иллюминатором перед глазами и сделал шаг в сторону двери, украшенной знаком радиационной опасности и массивным штурвалом механической фиксации замка двери.

Открыв замок, толкнул освинцованную дверь шлюза, и мир вокруг заиграл красными сполохами тревоги.

Обычно, в такие моменты из динамиков начинает литься музыка о "несанкционированном" проникновении, но динамик умер слишком рано, даруя мне редкие минуты тишины.

"А крепко строили предки..." - Хмыкнул я, разглядывая стены шлюза.
– "Жаль, что идиоты детки..."

Каламбур, конечно, так себе, но меня развеселил и отвлек от того момента, когда вторая дверь стала открываться.

Высокочастотный визг-писк ударил по мозгам, прокатился под сводами помещения, отразился от стен, ввинтился в кости черепа, с легкостью "пробив" шлем, разбивая клетки моего бедного мозга на мелкие частицы, превращая его в жидкий, серый студень.

Миг, удар сердца и все пропало.

Только за открывшейся дверью, прислонившись к стене напротив входа, сидел человек.

"Не человек".
– Поправил я себя, делая поправку и страшась тому, что дела у меня очень не радостны.
– "Некто без костюма антира..."

"Некто без костюма" шевельнулся.

Скрипнула, заскользившая по полу резиновая половица.

Фигура легко перетекла из положения "сидя" в положение "стоя" и в красном мигающем свете в ее руках появились полуметровые стальные клинки.

"Млин. И вправду, хорошо строили предки!" - Я начал стремительно себя жалеть, опознавая фигуру.