— Новое задание захотел получить?

— Нет! Рвётся в архив младшим помощником, лишь бы больше не попадать в передряги. Похоже, с ним хорошенько поговорили. Передай сестре, что я всё для неё сделаю, пусть только попросит! И ты тоже, Эстер. Обращайся по любому поводу!

Я растерялась от такого наплыва комплиментов. Меня ими никогда не баловали, особенно в Гильдии, где мне была уготована роль вечного прикрывающего или, на худой конец, приманки. И тут появилась Фелисити…

— Хм… Ты меня засмущала… Но… Можно одну маленькую просьбочку?

— Конечно, я же сказала!

— Ты не могла бы в обход Жаклин и других энтузиастов из Гильдии узнать для меня об одном человеке?

— Назови имя, а вечером получишь всю его жизнь, как на ладони. Я его из-под земли для тебя достану!

— Его зовут Эрик Скарсгард; приехал сюда из Нью-Джерси несколько дней назад; художник, в прошлом году закончил специальную школу; 18-19 лет, точнее не скажу; светлые волосы, рост 6’3’’, глаза серые; худощавый, на лицо симпатичный. Этого достаточно?

— Насколько симпатичный? — мгновенно встрепенулась Фелисити, снова напоминая мне, что она была всё-таки девушкой, а не роботом.

— А вот найдёшь мне его, и сама увидишь!

— Скрытность у вас, у охотников, в крови. Хорошо, будет сделано. Вечером лови сообщение, перешлю на телефон, чтобы было меньше подозрений. И тебе удобнее.

— Ага, забываю о компьютере, даже не включаю его. Всё равно там полно следящих программ от Жаклин!

— Она тебе не верит, да? Всё ещё?

— Да. Злопамятная оказалась, а по ней и не скажешь.

— Ладно, я пошла искать досье и разгребать завалы. До вечера.

— Пока, Фелисити. Спасибо за услугу!

Я повесила трубку, не дожидаясь восторженных воплей в свой адрес. И, едва я так поступила, как заметила боковым зрением, что по широкому школьному крыльцу чуть ли не вприпрыжку спустился Эрик. Его лицо сияло таким самодовольством, что мне захотелось запустить в него чем-нибудь тяжёлым. Допустим, кирпичом.

— Долго ждёшь? — спросило это северное чудо, когда торопливо подошло к машине и заглянуло внутрь.

— Минут двадцать. Ты чего так быстро? Неужели отпустили?

— Ну да, отправили читать «Отверженных» Гюго, через неделю разбор первых глав. Так, поехали скорее, а то на этой «старушке» далеко не уедешь!

Я воспылала праведным гневом за свою машинку, но не стала ругаться. Всё равно мне бы это ничего не дало: на дураков не обижаются, с идиотами не спорят. Золотое правило, которое я прочитала в какой-то книжке и теперь исправно ему следовала.

— Мы же хотели на твоём «Лексусе»! — всё же из вредности напомнила я Эрику, когда он сел на соседнее место.

— Так потом в библиотеку, а ты сказала, что твоя подруга узнает тебя по машине. Мою она ни разу не видела, поэтому поехали уже! Опоздаем.

Я пожала плечами, вырулила со стоянки и покатила по городским улицам. Эрик рядом со мной съёжился, безуспешно пытаясь сделать себя незаметным. С ним всё было понятно: не хотел засветиться на снимках регистраторов. Самое забавное могло заключаться (и наверняка заключалось) в том, что никакая камера нас не снимала. Я вела машину вампиров примерно с их скоростью и привычками, поэтому сама считалась вампиршей. С ними полиция точно не стала бы связываться. Тут даже думать не надо.

— Кто тебе выдал права? — всё же не выдержал и спросил Эрик после моего рискованного манёвра на перекрёстке. Тогда мы едва избежали столкновения с грузовиком и в последний момент проскочили на красный мимо взвизгнувшего тормозами внедорожника.

— Жизнь! И вообще, на курсах я была лучшей! — постаралась я обидеться, но вышло чересчур радостно.

— На курсах самоубийц?

— Нет. И, между прочим, мы почти приехали. Вот повернём за угол и будем на месте. Больше ворчал.

Мы ещё раз резко повернули, едва не снеся припаркованный у обочины мотоцикл, и оказались перед больницей. Ничего особенно грандиозного — обычная больница крупного города: белое трёхэтажное здание с красным крестом над дверями и лёгким ароматом стерильности. Я бы ни за что её не нашла, если бы в свободное время не садилась зубрить карту. Теперь меня было сложно сбить с толку даже большой скоростью и темнотой.

— Пойдём, что ли, — позвал Эрик. — Эй, хватит спать!

— Пошли, конечно! И ничего я не сплю…

Мы выбрались из машины и через парадные двери вошли в здание. Внутри было по-больничному шумно, многолюдно, ещё сильнее, чем на улице, пахло антисептиками и пластиком. Всюду мелькали люди в бело-зелёных костюмах (я вечно считала их пижамами, что бы мне ни говорили), обычные посетители, попадались и пациенты, выбравшиеся из палат за стаканчиком кофе из автомата или бутербродом из столовой.