– Полагаю, голову принцу ты вскружила несравненной деловой хваткой?
– саркастично поинтересовался Горин.

Я резко выпрямилась.

Похоже, утечки информации из дворца не прекратились, несмотря на трагическую гибель прежнего главы Ордена Королевы, а “дядюшка” сейчас скушает меня живьем и без подливы. И даже не поперхнется.

Помедлив, я решила не отрицать связи с Его Высочеством. В конце концов, головокружение после ритуала у него пройдет в лучшем случае к завтрашнему утру, так что совесть моя чиста, а такое подспорье, как королевская милость, пусть даже мнимая, - никогда не лишнее.

– Ищейку тоже схватили?
– все-таки спросила я, не питая особых иллюзий по поводу своего положения.

“Дядюшка” мерзко ухмыльнулся, но делиться новостями не стал. Вместо ответа на правах нежданного родственника цапнул меня за подбородок и повертел, не обращая внимания на попытки вывернуться, будто рассматривая, как же я выросла. Видимо, пришел к выводу, что сильно, потому что взгляд съехал на шнуровку на груди - да так к ней и прикипел.

Что-то мне подсказывало: демонстрировать, что у меня под курткой, на этот раз точно не стоит.

– И ведь не побоялась же, - с легким удивлением констатировал Горин, внимательно рассматривая шнуровку.

До меня уже и так дошло, что Нальма - не Лиданг, где над каждой жрицей трясутся, как над хрустальной статуэткой, но дядюшка, по всей видимости, счел своим долгом заставить меня как минимум поседеть от страха. Здесь хватало и других врачевателей, готовых работать с не самыми законопослушными гражданами, и беречь меня, как зеницу ока, никто не станет - даже с протекцией самого принца.

Причем в некоторых районах она может и вовсе сослужить дурную службу.

– Побоялась, - честно созналась я, уже не пытаясь вырваться.
– И до сих пор боюсь. Но поставки контрафактных генераторов из камарилла, очищенного невесть чем и невесть как, меня пугают еще больше.

– Тебя?
– скептически переспросил Горин, отпустив, наконец, мой многострадальный подбородок.
– Или Третьего?

– А Третьего - вообще до дрожи и ватных коленок, - не стала отрицать я.
– Полагаю, о готовящейся поправке тебе тоже доложили?

Горин помедлил, пристально всматриваясь в мое лицо. Вряд ли он увидел там что-нибудь судьбоносное, а уж на звание сногсшибательных могли претендовать разве что мои мешки под глазами, - но, тем не менее, “дядюшка” махнул подавальщице сам, и та тотчас же нарисовалась рядом со столом.

А я наконец-то расслабилась, растекшись по спинке стула. Если меня и скушают теперь, то, по крайней мере, с подливой.

– Ты не носишь часы?
– не в тему поинтересовался “дядюшка”, сделав заказ.

– Нет, - с некоторым недоумением призналась я. По совести, в часах я не испытывала никакой нужды: будили меня попеременно Лили и Анджела, а на дежурствах я сидела до прихода сменщицы, не слишком пеняя, если та задерживалась (поскольку это обычно бывала Тилла, пенять вообще было бесполезно), а строгий распорядок дня в Храме не поддерживался. Верховная считала, что жесткая дисциплина слабо вяжется с душевным покоем и умиротворением, а периодические опоздания женщинам вполне простительны.

– Зря, - весомо заявил Горин.
– Говорят, при дворе модно. Такие, чтобы с широким ремешком и ажурной ковкой вокруг циферблата.

– Э-э… хотите посоветовать своего мастера?
– окончательно растерялась я.

– Хочу посоветовать перетряхнуть его лавку, - прямо заявил “дядюшка”, немало позабавленный моей реакцией на рассуждения о моде в исполнении смуглого небритого мужика откровенно бандитской наружности.

– А-а, - расслабилась я.
– И где же она?

– В Облачном квартале, - запросто сообщил Горин.
– У площади со спиральными фонтанами.

Я недоверчиво нахмурилась. Облачный квартал - это всего в четверти часа ходьбы от дворцового парка, там расположены самые солидные заведения с поистине душераздирающими ценами, а приличная часть магазинов и вовсе принадлежит королевским мастерам. Расположить там подпольный заводик по очистке контрафактной камарилловой руды - такая неописуемая наглость, что…

Вполне могло прокатить.

– А кто хозяин лавки?
– поинтересовалась я.

– А, какой-то дворянин, - рассеянно отмахнулся Горин.
– Вряд ли он в курсе, что происходит у него в подвале. Слишком редко появляется в лавке. Вот управляющий его, хелльский риттер из безземельных, - тот еще жук.

– Хелльский, говоришь… - немедленно насторожилась я и собралась было вцепиться в “дядюшку”, выпытывая все, что он знает о хозяине, но тут вернулась подавальщица с подносом, и Горин машинально потянулся за своей тарелкой левой рукой, а мои мысли привычно свернули на проторенную дорожку.
– Ты же правша?
– удивилась я, припомнив, какой рукой меня хватали за подбородок.