Просматривая логи передачи данных на облако со своего телефона, я обнаружил «всплеск» потоковой активности. Заинтересовавшись, что это такое мог передавать мой телефон, при том что я особо ничего такого не делал в последнее время, в первую очередь перепроверил время данного события.

«-Хм, я же тогда на стадионе был, с Альбиной», - удивился я.

Вспомнив наконец-то о ликующих болельщиках, и о том, что сканировал модульный эхо сигнал сока именно в тот самый момент, я с азартом принялся разбираться, что же попало мне в руки. И на первый взгляд, и на второй, получалось что мой телефон уловил мощнейшее колебание биополя. Кроме меня и девушки, в ВИП ложе никого не было. Единственные кто мог создать столь мощный импульс, это толпа ликующих болельщиков. Вспомнив, что еще на Ибице хотел заняться замерами биополей на рейв вечеринках, битком забитых танцующим народом, я принялся обдумывать, как лучше реализовать пришедшую на ум идею.

– Ало? – завибрировавший мобильник прервал мои размышления.

– Валентин? Это Рубен Идальгович, найдешь сегодня время со мной встретиться? – раздалось в телефонной трубке.

Отказываться, или еще как-то набивать себе цену я не стал. Было конечно неприятно, что вот так, по щелчку пальцев, меня вызывают для встречи. Но, я еще не достиг того уровня общественного положения, чтобы оценить, насколько поступился своими амбициями Рубен Идальгович, чтобы самому снять трубку и выделить время для личного со мной общения.

– Присаживайся, - поздоровавшись, он указал на кожаное кресло.

У камина я еще не сидел, и, опустившись в удобное сиденье, по новому взглянул на кабинет. Окружающее пространство неуловимо изменилось, став неявно располагать посетителя к предстоящей беседе.

«-Что ему надо?» - внутренне занервничал я.

– Валентин, за долгие годы в бизнесе, я привык присматривать за своими деловыми партнерами, - начал хозяин кабинета: - с тобой все несколько сложнее, так как ты ко всему прочему еще и встречаешься с моей дочерью. Я не лезу в ее личные дела, но и в отношении тебя, пока что не могу поступать так, как привык.

Начало беседы уже не сулило ничего хорошего и я не ошибся, слушая дальше.

– Мои люди наблюдали за тобой, за твоей семьей, за твоими друзьями, - перестав смотреть на огонь, неспешно горевший в камине, Рубен Идальгович повернулся ко мне лицом: - в связи с этим, я бы хотел поговорить о возрасте твоей матери.

– Ей пятьдесят два, - на «автомате» заявил я.

– А выглядит и чувствует себя на тридцать, - добавил к моим словам отец Альбины.

– Гхм, - прижав кулак к губам, я кашлянул от возникшей сухости в горле.

Упустив момент визуального контроля за омоложением матери, я не заметил, что что-то пошло не так. Отец, обещавший присмотреть, очевидно воспринял все как должное, ну а я, из-за собственного разгильдяйства, спалился на ерунде. Маме сейчас от силы должно было быть сорок пять-пятьдесят. Против заявленных тридцати, мне было нечего возразить.

– Виски, коньяк? – по своему воспринял мое замешательство Рубен Идальгович.

– Нет, спасибо, не пью,- отказался я.

Хозяин кабинета не стал себе отказывать, налив янтарной жидкости в широкий стакан толстого стекла. Усевшись назад, в свое кресло, он сделал небольшой глоток.

– Эксперименты и опыты, как правило ставят на хомячках, на собачках, на посторонних людях в конце концов, но, поверить в то, что ты вернул своей матери двадцать лет при помощи не проверенной технологии, я не могу, - прозвучавшие слова, несли прямое обвинение во лжи.

– В тот раз, когда мы говорили об этом, технология была в том же виде, в котором она находится и сейчас, - просчитав варианты и выгоды, я спланировал свой ответ: - все дело в том, что я не могу гарантировать результат, для кого-то это будет «снова шестнадцать», ну а кто-то скинет максимум неделю.

– Никакого прогноза? – уточнил Рубен Идальгович.

– Только после обследований можно примерно сказать, что получится, но и то, без сто процентной гарантии, - как мог, вывернулся я.

– Но хуже не будет? – желая получить конкретику, хозяин кабинета надавил голосом.

– Нет, хуже не будет, на текущий момент технология позволяет полностью консервировать имеющийся возраст организма, - решив перейти на более близкую тему для Рубен Идальговича, я с небольшой улыбкой продолжил: -например ваша дочь, с момента лечения по моей методике, она не повзрослела ни на один день.

– Гхм, - на этот раз отец Альбины вынужден был откашляться, не ожидая подобного заявления.

Похоже, что мне удалось выкрутиться из довольно щекотливой ситуации и оставить за собой право решать, кто будет молодеть, а кто так и останется, при своем возрасте. Технологией обладал только я, так что и контролировать, что и как я делаю, никто из посторонних был не в состоянии.

– Причина, по которой я попросил тебя сегодня приехать, заключается в одной знакомой мне женщине, - справившись с собой и став вновь невозмутимым, Рубен Идальгович продолжил прерванную беседу: - ее муж давно умер, дети выросли, внуки выросли, а правнуки уже растут. Мы общаемся с давних лет и она в курсе о твоих исследованиях.