Шрифт:
Он вытащил меч из ножен на долю дюйма. С лезвия заструился черный дым, перетекая на пол и собираясь у ног. Лифт вдруг ужасно затошнило.
Убийца оглядел ее и убрал меч обратно в ножны. Как ни удивительно, он ушел за двумя другими. Он не произнес ни слова, а по ковру ступал почти бесшумно – легкий ветерок по сравнению с топотом, еще слышным дальше по коридору.
В считанные секунды все трое скрылись из виду.
– Бури! – Лифт перекатилась на спину. – Матерь мира и Отец бурь, чтоб их! Я чуть не померла со страху.
– Да уж! – согласился Виндль. – Я даже не пискнул, слышали?
– Нет.
– Я так испугался, что не мог проронить ни звука!
Лифт села, вытерла пот со лба.
– Так, ладно... это нечто, конечно. О чем они говорили?
– О! – воскликнул Виндль, словно напрочь позабыв о своем задании. – Госпожа, они закончили расследование, многонедельные изыскания странностей в городе!
– Отлично! Что обнаружили?
– Понятия не имею.
Лифт шлепнулась обратно на ковер.
– Они обсуждали кучу всего непонятного. Но, госпожа, они вычислили нужного человека! И направляются туда прямо сейчас – свершить казнь. – Он потыкал в нее лозой. – Ну... может, стоит проследить?
– Ага, ладно, – ответила Лифт. – Думаю, это мы сумеем. Не так уж и сложно, правда?
16
Но все оказалось гораздо сложнее.
Коридоры были до жути пустыми, не говоря уж о куче развилок с маленькими боковыми ходами и комнатами на каждом шагу. Лифт не могла подобраться слишком близко. Прибавить сюда почти полное отсутствие сфер на стенах, и выходило, что не отстать от троицы было сродни чуду.
Однако у нее получалось. Лифт проследовала за ними через все, голод его побери, здание, пока впереди не показались наружные двери. Проскользнув в окошко у выхода, она вывалилась в кусты рядом со ступеньками и затаилась. Троица вышла на лестничную площадку, с которой открывался вид на город.
Бури, как же приятно снова вдохнуть свежего воздуха, пусть тучи и заслонили заходящее солнце. В городе посвежело. И потемнело.
Улицы опустели.
Немногим ранее горожане сновали вверх-вниз по ступеням и пандусам, ведущим в Верховную Диванную. Теперь же лишь несколько припозднившихся торопились в убежища, исчезая в дверных проемах.
Убийца повернулся к западу.
– Надвигается буря.
– Тем более нужно поторапливаться. – Женщина-ученица достала из кармана сферу, подняла перед собой, втянула свет и засияла потрясностью.
А затем взлетела.
Голод побери, взяла и взлетела!
«Они умеют летать? – подумала Лифт. – Преисподняя, а я почему не умею?»
Мужчина поднялся в воздух вслед за напарницей.
– Идешь, убийца? – Женщина посмотрела вниз на парня в белом.
– Однажды я уже станцевал в этой буре, – прошептал он. – В день, когда умер. Нет.
– Такими темпами ты никогда не оправишься.
Убийца не ответил. Двое в воздухе переглянулись, мужчина пожал плечами. Оба поднялись выше, а потом рванули над городом – так гораздо удобнее, чем передвигаться по расселинам.
Они могут летать, чтоб их.
– Ты и есть та, кого он выслеживает? – тихо спросил убийца.
Лифт вздрогнула. Выпрямившись, перелезла через ограждение площадки, на которой стоял убийца. Он повернулся и посмотрел на нее.
– Я никто, – сказала Лифт.
– Как раз таких он убивает.
– А ты нет?
– Я убиваю королей.
– Что гораздо лучше.
Он посмотрел на нее прищурившись и присел на корточки, закинув меч в ножнах за плечи.
– Нет, не лучше. В тенях я слышу их крики, их мольбы. Они преследуют меня, лезут в голову, сводят с ума. Боюсь, они уже одержали верх, и человек, с которым ты сейчас говоришь, больше не может различить среди них глас разума.
– Та-а-а-ак, – протянула Лифт. – Но на меня ты нападать не стал.
– Нет. Ты нравишься мечу.
– Отлично. Меч мне тоже нравится. – Она посмотрела в небо. – Э-э... ты не знаешь, куда они отправились?
– В отчете описывался мужчина, который, со слов нескольких человек, становился невидимым. Когда он заворачивал в переулок, и кто-нибудь шел следом, там оказывалось пусто. Утверждали, что его лицо, искажаясь, превращалось в лицо другого человека. Мои спутники уверены, что он из тех, кого называют светоплетами, и поэтому его нужно остановить.
– А это законно?