Писцы в комнате оторвались от работы и немедленно начали упаковывать книги и своды отчетов.

– Стойте! – крикнула Лифт, когда гонец ушел. – Что вы делаете?

– Ваш приказ только что отменили, дитя, – сказала Генна. – Ваше исследование придется отложить.

– Надолго?

– Пока князь не решит отменить чрезвычайное положение. – Она быстро собирала даль-перья с полки и упаковывала их в стеганый чехол.

– А как же император?! – Лифт схватила послание от Гокса и затрясла им. – Он приказал помогать мне!

– Мы с радостью поможем вам добраться до убежища, – ответила капитан стражи.

– Мне нужна помощь с моим делом! Он приказал вам слушаться!

– Разумеется, мы слушаем императора, – сказала Генна. – И впредь будем внимательно слушать.

Но не обязательно подчиняться. Визири объясняли, что Азир может провозгласить себя империей, и большинство других стран в регионе ему подыграют. Так можно подыграть ребенку, который во время игры в кольца объявляет себя капитаном команды. Однако, как только его требования становятся непомерными, он рискует остаться в одиночестве посреди переулка.

Писцы действовали весьма подготовленно. Прошло не так уж много времени, прежде чем они вывели Лифт в коридор, нагрузили кипой отчетов и разбежались выполнять различные обязанности. Ее оставили с одной из младших письмоводительниц, не намного старше самой Лифт, которая должна была проводить ее до убежища.

Лифт смылась от девочки на первой же развилке, юркнув в боковой коридор, пока юная письмоводительница рассказывала о чрезвычайном положении старому осоловевшему ученому в коричневой шикве. Лифт сбросила прекрасную азирскую накидку, запихнула ее в угол, оставшись в штанах, сорочке и рубашке нараспашку, и направилась в менее людную часть здания. В просторных коридорах кричали друг на друга писцы. Она не ожидала столько шума от кучки сморщенных стариков и старух с чернилами вместо крови.

Здесь было темно, и Лифт пожалела, что обменяла свою счастливую сферу. Коридоры различались между собой азирскими узорами на ковровых дорожках, но и только. По стенам тянулись ряды сферных ламп, но заряженная сфера светилась только в каждой пятой. И каждая давно изголодалась по буресвету. Лифт потратила целую минуту на одну из ламп, расшатывая задвижку, но та была заперта на совесть.

Лифт пошла дальше по коридору, заглядывая в забитые бумагами комнаты. Книжных полок оказалось меньше, чем она ожидала. В отличие от библиотеки здесь у стен стояли выдвижные ящики, в которых и хранились стопки документов.

Чем глубже в здание она забиралась, тем тише становилось, пока не начало казаться, будто идешь по мавзолею, только для деревьев. Отчеты она скомкала и запихнула в карман. Их было так много, что засунуть в карман еще и руку уже не получалось.

– Госпожа, – позвал Виндль с пола. – У нас мало времени.

– Я думаю, – ответила она.

Это было ложью. Она старалась избегать размышлений.

– Жаль, что план не сработал, – добавил Виндль.

Лифт пожала плечами.

– Все равно тебе здесь не нравится. Тебе нравится садоводство.

– Да, у меня в планах была милейшая выставка обуви, но... полагаю, мы не вправе разводить сады, когда мир на пороге конца света. И если бы меня приставили к тому доброму сапожнику, меня бы здесь не оказалось. И Сияющий, которого вы пытаетесь спасти, был бы, считай, покойником.

– Скорее всего, он и так, считай, покойник.

– И все же... все же стоит попытаться, правда?

Дурацкий пустоносец со своими подбадриваниями. Она взглянула на него и вытряхнула из кармана комки бумаги.

– От них никакого толку. Нам нужен новый план.

– И времени в запасе гораздо меньше. Закат приближается вместе с бурей. Что будем делать?

Лифт выбросила бумажки.

– Кто-то должен знать, куда идти. Женщина, которая разговаривала с Мраком, его ученица, сказала, что ее расследование не стоит на месте. Говорила она уверенно.

– Ха, вы же не думаете, что к ее расследованию привлечена кучка писцов, разгребающих отчеты?

Лифт склонила голову набок.

– Это было бы умно, – произнес Виндль. – В смысле, даже мы до такого додумались.

Ухмыльнувшись, Лифт побежала обратно, туда, откуда пришла.

15

– Да, – подтвердила толстуха-письмоводительница, растерявшись после просмотра учетной книги. – Это отдел Бидлела, комната двести тридцать два. Описанная вами женщина наняла их две недели назад для неизвестного проекта. Мы очень серьезно относимся к неразглашению информации о наших клиентах. – Вздохнув, она закрыла книгу. – Императорские полномочия – исключение.