Торн жестко вздохнул, запустил руку в волосы и возненавидел себя.

— Сав, — произнес он, его голос стал мягче. — Саванна. Посмотри на меня?

Просьба только ожесточила её взгляд. Девушка не поддавалась.

Ну, если она не придёт к нему, то это сделает он. Он обнаружил, что стоял на коленях перед ней, руками поглаживая Сав по бедрам, ожидая пока она расслабится, прежде чем коснуться её лица.

— Я осел, — прямо сказал он.

Она захихикала.

— Хорошенький осел, но все же осел.

Еще фырканье.

— Немного тщеславно?

— Моя красота – бремя, любимая, а не привилегия.

На этот раз она рассмеялась и посмотрела вверх. Он улыбнулся, поймав её взгляд. Может, есть шанс, что он мог говорить сам, остановив катастрофу... не позволял своему дружку говорить за него.

— Ты взорвала мой мозг, — честно ответил он. — Нельзя предложить парню поиграть и ожидать от него чего-то, кроме... ну, этого.

Саванна дулась на него минутой дольше.

— Придурок.

— Да.

— Я новичок в этом.

Торн улыбнулся и заправил прядь ей за ухо.

— Знаю, — ответил он. — И как бы я не хотел сказать да, я не хочу, чтобы ты чувствовала, что должна что-то мне.

Её глаза расширились.

— Не ощущаю, что должна.

— Нет?

— Нет, я просто... — Она облизала губы, и он застонал. Просто представляя эти губы вокруг своего члена, как язык ласкает его, лижет его, втягивает его глубже, глубже. О Боже. — Я хочу.

Каждый мускул в его теле напрягся. Его член затвердел так, что парень думал, что разорвет молнию. Её плоть напротив его... её кожа... запах... вокруг него, сосущая...

— Ты хочешь... Саванна... О Боже.

— Что?

Рациональные мысли покинули комнату. Его руки вокруг лица Сав, а губы сминают её. Из груди Саванны вырвался долгий стон, воспламеняя каждый его нерв. Она дико ответила на его прикосновения. Её поцелуи алчные и отчаянные, рот крал его болезненные, пылающие губы, пока её руки тянулись и хватали. Она с любознательностью исследовала его, пальцы скользили по его рукам и плечам, вниз по груди и бедрам. Её большой палец скользнул вдоль скрытого под джинсами члена, и когда он простонал ей в рот, она с удовольствием повторила. Ей хватало огня и страсти. Она касалась и открывала, оставляя его кожу пылающей, и на какой-то момент Саванна принадлежала Торну. Касаясь его, её прекрасное обнаженное тело принимало его. Она принадлежала ему. Он мог притвориться.

Он мог притвориться...

Губы Саванны оторвались от него, чтобы выдохнуть его имя, прежде чем всосать нижнюю губу Уэса между зубов. Она схватила его футболку и резко рванула вверх, обнажая его грудь для своих блуждающих пальцев. Она касалась везде, каждого кусочка плоти, который могла найти. Иисусе, он не знал насколько отзывчивы его соски, пока она не провела ногтями по ним, и под его удивленный вздох, дьявольски улыбнувшись, лизнула верхушку одного.

— Черт!

Саванна хихикнула.

— Кто-то чувствительный, — дразнила она, прежде чем лизнуть.

— Играешь с огнем, любимая, — ответил он, толкая бедра вперед. Ему понравилось, как расширились её глаза. Это подпитывало его, наполняя бравадой. Когда она не отступила, его мужественность отвердела, и он взял руку, отдыхающую на его заднице, и прижал к промежности. — Коснись меня.

Улыбка растаяла в белоснежной невинности, которую он любил.

— Ох... — сглатывая, мягко сказала она. — Ты, ммм... твердый.

— Ммм. А ты, — он потянулся между ними и ущипнул её соски, – голая.

Румянец вернулся с осознанием.

— Ох. Правда.

Торн усмехнулся.

— Краснея, ты заставляешь меня хотеть облизать тебя всю, — лениво протянул он, упираясь руками в пояс. — Хотя, мне интересно... тебе нравится то, что ты видишь?

— А?

— Я, Саванна. Что ты видишь?

Она с трудом сглотнула и моргнула, её взгляд упал на него впервые. Впервые в режиме реального времени. И так же быстро, как они укрепились, Торн почувствовал, как его натянутые нервы рушатся, под её изучением. Она раньше видела его в разных степенях раздетости – между купанием и когда помогала покупать одежду, она видела все это.

Но никогда с этим взглядом.

— Вау, — рассеяно пробормотала Саванна, её рука напротив его промежности. Он снова застонал. — Ты... ммм... напряжен.

— Ты поздно заметила.

И снова эти широко распахнутые глаза. Торн не мог не ухмыльнуться.

— Я... должна была заметить?

Он пожал плечами.

— Вежливость – вот и все.

— О... правда. Думаю, если спрашивала тебя каждые пять минут, не полнит ли меня наряд, то должна отплатить.

— Вдвойне, потому что тот вопрос настолько смешон, что мне стоит отдать должное, ведь я отвечал с каменным лицом.