Рокси вернулась к нашему столику, наклонилась к Патрику и поцеловала его.

– Котик, давай останемся еще, я не хочу уходить.

Патрик поднял на нее свои пьяные полуприкрытые глаза и что-то пробурчал.

– Рокси, думаю, вам пора домой, - мягко сказала я.

Она оглянулась на меня, смерила взглядом, как будто первый раз меня видит.

– А, это ты, тихоня. И почему это я должна тебя послушаться?
– она оперлась о столик и уставилась на меня.

– Гм, я просто...
– она смутила меня своим немигающим взглядом.
– Смотри, Патрик уже засыпает.

Она тяжело вздохнула, будто я сказала какую-то глупость, но все же потрясла Патрика за плечо.

– Котик, пошли домой.

Он поднял голову со стола.

– Я хочу в кроватку, - промычал он, затем взглянул на меня.
– О, Мия, ты тоже тут? Ты уже закончила свою работу?

– Котик!
– возмущенно вскрикнула Рокси, - пошли в машину!

– Конечно, киса, - он попытался встать, но потерпел неудачу.

Вернулся Эйден, он молча подхватил Патрика под руки и повел к выходу, хотя тот и бормотал, что сам может дойти. Мы с Рокси последовали за ними. На парковке Эйден затолкал друга в свой "Шевроле", Рокси плюхнулась рядом. Эйден так ничего и не произнес все это время. Мне было не по себе от этого, как будто виновата.

– Залезай в машину, - коротко бросил он мне и пошел к водительскому сиденью.

– Но там велосипед, - я махнула рукой в сторону бара.

– Я заберу его, а ты не смей даже нос высунуть из машины.

Я нервно мотнула головой и забралась на заднее сиденье.

Когда он вернулся, закинув велосипед в багажник, в машине все спали кроме меня.

– Здорово, - с облегчением произнес он, заметив, что все спали, и завел двигатель.

Я молчала.

– Почему ты не сказала про работу?

– Не знаю, как-то не пришлось к слову.

– И ты планировала в полночь возвращаться домой на велосипеде?
– он поправил зеркало и посмотрел на меня через него.

Я виновато улыбнулась и кивнула.

– Ты в курсе, что это небезопасно?

– Прости, - прошептала я.

Несколько минут мы молчали.

– Ты злишься на меня?
– в итоге спросила я.

– Нет, просто мне хватает проблем с Мэрилин. Я не хочу переживать еще и за тебя.

– Прости.

– Ты уже извинялась. Ладно проехали.

Я знаю, что он имел в виду мою безопасность, но почему-то сердце болезненно сжалось от слов, что он не хочет переживать за меня.

Мой восьмой день в Калифорнии начался со звонка тети Маргарет. Первый раз она позвонила позавчера и сетовала, что я не звоню. Мне стало стыдно, что я совсем упустила это из виду. И поэтому я соврала ей, что у нас все идет прекрасно. От вранья мне стало еще более стыдно.

Вот и сейчас я врала, что наши каникулы проходят просто чудесно: мы купаемся, загораем, играем на пляже. Тетя Маргарет, похоже, решила, что мы с Мэр теперь подружились. А я не могла ей сказать правду хотя бы потому, что иначе она бы лично приехала и утащила свою доченьку домой, ну и меня заодно. А я ни за что на свете не хотела отсюда уезжать.

Сразу после тети позвонила Аманда и сообщила, что Стив опять интересовался мной. А мне было плевать на Стива. Мои мысли были заняты совершенно другим.

Дни шли неспешной чередой, каждый был похож на предыдущий. Каждый день был днем сурка. Мы поздно просыпались, завтракали, в основном готовили мы с Эйденом. Между нами вдруг установился какой-то дружеский мир. Все было хорошо.

Но... Мне было стыдно признаться в этом даже самой себе, я хотела, чтоб все было по-прежнему. Хотелось этого напряжения между нами. Мне не хватало этих искорок в его глазах, его сексуальной улыбки, предназначенной мне.