— Простите, девочки, — заявил он на бегу своим пистолетам, — но пришла пора для бездонных магазинов. Его рог вспыхнул, магазины пистолетов засветились и жеребец, закусив сигарету, обрушил на мехаспрайтов поток пуль, намного превышающий десяток выстрелов, которые обычно умещаются в обойме. Удивительно, но ему удавалось в одиночку удерживать рой на расстоянии. Однако это не помешало двум другим роям зайти на него с флангов.

Я подняла новый щит, прикрыв себя, и несколько роёв мехаспрайтов слились в огромного, светящегося красным, стального аликорна. Её копыта вырвали трон и отшвырнули в сторону. Почти инстинктивно, я левитировала своё прежнее тело к себе на спину. Даже если сейчас это была лишь пустая оболочка, она всё равно была мной. Я полетела между Когнитум и Томом и в этот момент гигантское копыто обрушилось на мой щит. Мне пришлось направить в него поток магии, надеясь, что он выдержит. Я не знала, как именно творится это заклинание: я просто копировала то, что видела у всех остальных аликорнов. К несчастью, даже если он и держал, каждый удар по нему пробирал меня до самого нутра и если сейчас мой щит рухнет, я умру. Мы все умрём.

Я взглянула вверх, в сторону пульсирующей механической штуковины, не рождённого дитя Пожирателя. Затем посмотрела на Тома, расположенного подо мной. Я видела бегущую Рампейдж, Скотч Тейп старалась удержаться на её спине и звала папочку. Я видела Ублюдка, пытающегося отогнать от себя мехаспрайтов отчаянно паля из пистолетов, чти стволы уже раскалились до красна. Рассмотрела П-21, скорчившегося у терминала и удерживающего Горизонты, чтобы они не убили нас всех. А затем устремила взгляд вверх, мимо технологического извращения на болезненную сине-зелёную сферу, что была домом для миллионов жизней, вынуждающих меня поступать правильно.

Три жизни… плюс Ублюдок… против целого мира. Это был простой выбор.

Но, в конце концов, я не умная пони.

Я навела Причуду прямо на это искорёженное, извращённое технологическое месиво, вошла в ЗПС и выстрелила. Не колеблясь. Словно, так и должно быть. Не ощущая и тени сомнения. Мой щит рухнул и, спустя мгновение, в вершину купола ударил ослепительно-белый луч. Кобыла из мехаспрайтов испустила вопль. Луч прошил купол и умчался в космос. Последовавшая за этим буря расшвыряла мехаспрайтов, разбивая механизмы. Лунный Дворец содрогнулся и обломки мусора пришли в движение. Вихрь, вызванный взрывной декомпрессией, поднял в воздух куски металлолома и на несколько ужасных секунд я ощутила, на что похожа жизнь в работающем блендере. Тут кусок напольного покрытия взлетел к дыре в потолке и закупорил её. Несколько секунд раздавался резкий свист воздуха, а затем наступила тишина.

Зависнув в воздухе с обнимающим меня моим прежним телом, я проверила инвентарь. Больше серебряных пуль не осталось. Похоже, это была последняя на всём свете. Том, удерживаемый магией на своём месте, сиял по-прежнему. Я вернула Причуду в сумку, лелея крошечную надежду, что однажды найду ещё одну серебряную пулю и позвала:

— Все целы?

— Ненавижу луну! — проорал Ублюдок откуда-то снизу.

— Да брось ты, — протянула Рампейдж, выбираясь из-под разбитого Ультра-Стража. — Бывало и похуже, так ведь, мелкая?

— Не-а, кажись, это уже край, — проворчала Скотч, осторожно пробираясь через искорёженные и сломанные металлические балки.

— Ой, да ладно тебе! Мегазаклинание было намного хуже, чем это, — возразила полосатая пони. — Я бы поставила это место на третью позицию в списке. На втором месте будет Космический Центр и Мэрипони.

Я спланировала к друзьям.

Но Скотч не слушала.

— Папочка? Ты где? — позвала она, вглядываясь в окружающий нас хаос. Дурное предчувствие заставило меня двинуться туда, где я видела его в последний раз.

К моему облегчению, он отозвался сам:

— Я здесь.

Улыбнувшись, я первее всех перемахнула через нагромождение балок туда, откуда донёсся голос. Уложив на пол тело своей пустышки я развернулась и увидела его, лежавшего на животе на нескольких металлических прутах и по-прежнему работающего с терминалом.

— Кажется… кажется у меня проблема, — прохрипел он, не отрывая от экрана. Замедлив шаг, я присмотрелась внимательнее и… нет… нет, нет, нет…

Он не лежал на прутах. Они прошили его насквозь, от середины спины и до крупа, пришпилив к полу, словно бабочку.

— Плохо дело, да? — спросил он, перехватив мой взгляд.

— Да уж, дело плохо, — в ужасе прошептала я в ответ.

— Я что-то такое подозревал. Потому что не чувствую ничего ниже плеч, — слабо улыбнулся П-21. — Здорово выглядишь, Блекджек.

Нет, нет, нет. Это не честно. Это не правильно!

— Рампейдж, уведи Скотч! — заорала я. — Ублюдок. Ты мне нужен!

— Увести меня от чего? — взвизгнула кобылка, а затем завопила, — Нет! Отпусти! Что там случилось?!

Подскочивший Ублюдок сдвинул очки на нос и в ужасе вытаращил глаза.

— Бляааа…

— Ты ведь знаешь лечебную магию, да? Я собираюсь вытаскивать арматуру, а ты будешь залечивать дыры, — решительно приказала я.

— Я… Это далеко за пределами лечебного заклинания. Какого хрена он ещё не сдох?

— Заткнись, — рявкнула я. — Я буду тянуть, а ты будешь лечить, а П-21 будет жить и удерживать Горизонты. Понял?

Единорог, сглотнув, кивнул, и я ухватилась за первый штырь, и потянула.

Как только штырь сместился на несколько сантиметров вверх и пошёл в бок, металл над нами мучительно застонал.