– Я считал, что такие слова больше подходят капитану Минцу, - мрачно усмехнулся фон Зелле.
– Но вы же сами говорили, что надо думать над тем, как выполнить задачу и не уложить на том берегу весь полк.

– Разве что подставить под удар ландвереров, - пожал плечами Фернер, - а самим строит баррикады прямо на их трупах. Полки пехотные, так что пока их будут уничтожать рейнджеры, мы сумеем закрепиться на берегу.

– Даже если мы и поступим так, - ледяным тоном возразил ему Башталовский, - что бесчестно, нас слишком мало, чтобы как следует закрепиться. Техасские рейнджеры сбросят нас в реку через полчаса. Справятся своими силами.

– Какие будут конструктивные предложения?
– обвел нас взглядом фон Зелле.
– Только конструктивные, господа офицеры.

– А почему вы все считаете, - решил все же заговорить я, - что оба полка ландверьеров погибнут, пока мы закрепимся на берегу? Так ли уж плохи местные солдаты? Быть может, мы просто недооцениваем их?

– Кого?
– поглядел на меня Минц.
– Ландверьеров? Они же только на то, чтобы погибнуть вместо нас под пулями рейнджеров.

– А вы не забыли, капитан, - встал на мою сторону Фернер, - что все вооруженные силы Баварии собраны как раз из ландверьеров. Это куда более боеспособные части, чем ландвер других планет нашей империи.

– И тем не менее, - покачал головой полковник, - до профессиональных армейских им очень далеко. Я сомневаюсь, что они смогут выдержать достаточно времени под огнем укрепрайона, и дадут нам время на высадку и полноценное развертывание полка.

– Если у них не останется других вариантов, - отстаивал свою позицию Фернер, - то выдержат. Им будет просто некуда бежать - впереди враг, сзади - река. Останется только драться до конца.

– Так ведь они же этого просто не умеют делать, - всплеснул руками эмоциональный Башталовский.
– Они могут только погибать, а надолго двух полков никак не хватит.

– Это мы сможем проверить только в ходе самой десантной операции, - подвел итог полковник.
– Готовьте людей, доведите до лейтенантов поставленную перед нами задачу. Сразу по окончании артобстрела, мы покинем этот берег реки.

Мы все взяли под козырек и один за другим, согласно старшинству, покинули штабной шатер.

У палаток нашей роты меня уже ждал вахмистр Быковский. Он отдал честь, вытянувшись в струнку, поедая меня глазами, как и велел устав. Спрашивать у меня ничего не стал - ждал, пока я сам расскажу ему все. Знал ведь, шельмец, что первым узнает все. Скорее всего, даже раньше, чем лейтенант Золотницкий.

– Найди лейтенанта Золотницкого, - велел ему я.
– Я жду вас обоих в своей палатке, через десять минут.

– Слушаюсь, - ответил тот, и быстро ушел. Казалось, даже спина его выражала разочарование.

Я зашел в свою палатку, расположился на раскладном стуле, вытянув ноги в сапогах. Я провел на ногах несколько часов, и сейчас просто получал удовольствие от того, что могу дать им отдохнуть. Ведь разговаривать с подчиненными сидя было бы верхом неприличия. Именно поэтому краткие минуты отдохновения перед грядущей инспекцией роты, я ценил на вес золота. Наверное, даже намного дороже.

Лейтенант Золотницкий и вахмистр Быковский прибыли точно через десять минут. Как только они забрались в мою палатку - там тут же стало тесно. Большую часть места занимал, конечно, Быковский, который не расставался с отдельными элементами своего тяжелого доспеха, кажется, никогда. Даже в бане, как любили шутить офицеры. Унтера и солдаты же не рисковали повторять эти шуточки.

– По вашему приказанию прибыли, - отдали честь вахмистр с лейтенантом.

Я поднялся и козырнул в ответ, после чего попросил их выйти из палатки, и сам последовал за ними. Не слишком удобно было бы разговаривать в такой тесноте.

– Полк получил приказ форсировать реку и атаковать укрепрайон противника на другом берегу, - сообщил я.
– Нас поддержат два полка местного ландвера. Также будет проведена артподготовка. В течение двух следующих суток.

– Значит, нам останется только рейнджеров из руин повыковыривать, - как будто сам себе - была у него такая манера - заметил Золотницкий. Мы с ним не были знакомы до моего назначения в полк, однако он поддерживал неприязнь остальных лейтенантов ко мне.

– Вряд ли, - ответил я.
– Укрепрайон строился на века, его вряд ли даже столь длительной артподготовкой возьмешь. Подготовьте роту к инспекции, - добавил я, - через час построение. Проверю каждого солдата и унтера.

– Есть подготовить роту к инспекции, - козырнул Золотницкий.
– Я могу быть свободным?

– Можете, - кивнул я.
– Вахмистр, вы тоже.

Быковский отдал честь и поспешил за лейтенантом.

Я же вернулся на раскладной стул в своей палатке. Денщиком я еще не успел обзавестись, как-то не до того было, так что сапоги стягивать пришлось самому, вслед за ними - носки. В углу палатки у меня всегда стоял таз и чайник с водой. Постаравшись не подняться с кресла, я дотянулся до них, подтянул поближе к себе. Поставив ноги в таз, я принялся поливать их, с удовольствием растирая ступни левой рукой. От напряжения они просто гудели, и только вот эта процедура помогала мне. Закончив с мытьем, я забросил ноги на небольшой табурет. Насухо вытирать я их буду уже перед тем, как снова одеться, а пока пусть - мне и так хорошо.