Вошедший осторожно дотронулся до моего плеча, и я открыл глаза, обрадовавшись тому, что это был не Рах-мат, а тюремщик. Он глянул на столик, где стоял наполовину пустой кувшин и две лепёшки из принесённых им утром четырёх, и обеспокоенно спросил:

– Ты не съел всё и мало пил, может, ты болен? Принц велел заботиться о тебе, если нужно – я позову лекаря.

– Нет-нет, - тихо ответил я, - спасибо. Просто не хочется. Мне…

– Хочется на волю? – вздохнул тюремщик. – Этого я не могу, прости.

– А можно… Можно мне искупаться? – спросил я. – Здесь где-нибудь есть купальня? Хоть маленькая? Утром мне стало гораздо лучше… но…

– Понимаю, - кивнул тюремщик. – Про таких, как ты, легенды говорят, что вам тяжело без воды. И я сам убедился в этом. Мне запретил Советник давать тебе много воды и разрешать купаться. Но, с другой стороны, принц велел мне заботиться о твоём здоровье, и, думаю, его слова важнее, чем слова Советника. Так что вечером я попробую что-нибудь для тебя сделать… Не думаю, что принц будет возражать…

Ого… Принц… Так он в камеру Кара-сура меня вести собирается? А с другой стороны – куда ж ещё. Наверное, у него одного такой эксклюзив, как личная купальня. Вот и хорошо. Пригляжусь к опальному принцу, может, и парой слов удастся перекинуться… А там… Кто знает?

Одно плохо – времени у меня совсем немного. Если я хочу добиться хоть каких-то результатов – надо действовать быстро. А то вздохнуть не успею – окажусь в гареме у Кай-сура, чтоб ему чихалось и икалось без перерыва!

И я, посмотрев на тюремщика самым благодарным взором, сказал:

– Я благодарю вас… простите, уважаемый, что не знаю вашего имени.

– Бис-мил, - ответил тюремщик, - меня зовут Бис-мил.

========== Глава 34. Башня Духов. Бис-мил ==========

– Бис-мил, - сказал тюремщик, - меня зовут Бис-мил.
– И я постараюсь облегчить твою участь, дитя Моря. В память о моём сыне.

– Простите, если я прошу вас вспоминать неприятные вещи… Но вы уже второй раз говорите, что потеряли сына… Это был несчастный случай?

– Именно что несчастный, - скрипнул зубами Бис-мил. – И зовут этот несчастный случай – Сур-эт. Побочный сын Правителя и лучший друг принца Кай-сура. Предан он сводному брату, как собака, что правда, то правда. Но в целом – такая дрянь…

Сур-эт? Что-то это имечко мне знакомо… Я задумался и вспомнил красавчика в расшитой куртке, который приплыл на корабле за спасённым нами Кай-суром. Так он ещё и побочный сын Правителя? Как всё запущено…

– Я видел этого человека, - сказал я Бис-милу. – И мне действительно показалось, что он предан Кай-суру. В остальном же… он не показался мне хорошим человеком.

Бис-мил мрачно кивнул:

– Ты прав, дитя Моря. Именно по вине этого плода любви плешивой обезьяны и дохлого таракана погиб мой единственный сын, счастье моё, отрада моих очей… Мой Бис-лал… Жена этого не пережила – угасла от горя. А я всё ещё живу. И даже правосудие Правителя не помогло мне.

Бис-мил вновь скрипнул зубами и от души вдарил кулаком по стене башни. Что-то хрустнуло – что характерно, внутри стены, а не внутри кулака, и с потолка посыпалась штукатурка. Я непроизвольно чихнул и с уважением покосился на Бис-милов кулак – да уж, нехилый такой кулачок, с мою голову размером. Этак он когда-нибудь стенку у башни проломит – накипело у мужика…

– Прости, дитя Моря, - вздохнул Бис-мил, - я не хотел тебя пугать. Просто, когда я думаю об этом мерзавце – мне трудно сдерживать себя. Ты всё ещё хочешь услышать мою историю?

Я только коротко кивнул, и Бис-мил принялся рассказывать.

Он происходил из бедной крестьянской семьи, мать его рано овдовела, оставшись с четырьмя детьми, и Бис-милу, как старшему – а ему тогда было двенадцать лет – пришлось наниматься на подённую работу к богатым людям. Многие жалели мальчика, зная его историю, но были и такие, кто норовил нажиться на сироте, который брался за любую работу, лишь бы вечером принести матери несколько монет. Так прошло семь лет. За эти годы Бис-мил вытянулся, стал первым силачом на деревне, сумел пристроить двух младших сестрёнок замуж – хоть и вторыми жёнами, но к хорошим людям, которые жили в достатке. Младшего братишку удалось выучить, и он стал помощником сельского писца. Мать же, которая всегда старалась отдавать детям лучший кусок и тоже много работала, к этому времени слегла и как-то незаметно угасла.

Похоронив мать, Бис-мил оставил дом младшему брату, который собрался жениться, и отправился в столицу в поисках счастья. В одном из трактиров по дороге он встретил вербовщика, который, восхищённый его ростом и силой, уговорил парня вступить в Ночную Стражу Правителя – что-то вроде нашей полиции. Жалованье было неплохим, работа – не слишком обременительной для того, кто с детства привык работать по четырнадцать часов в сутки, к тому же всякое отребье вроде воров, грабителей, насильников и убийц – а и такие встречались в прекрасном Даане, ибо нет в мире совершенства, - Бис-мил искренне ненавидел и вскоре стал грозой для всех местных правонарушителей.