Прослужив десять лет, Бис-мил накопил достаточно денег, чтобы купить небольшой домик на окраине столицы, и занялся разведением цветов. Да-да, именно цветов – у угрюмого отставного стража была добрая душа, которая совсем не была чужда прекрасному. К тому же он придумал, как бы у нас сказали – «ноу-хау» - плавучие сады. То есть, плелась огромная корзина, в неё насыпался тонкий слой земли и высаживались семена цветов. Потом плавучая клумба пускалась в озеро возле арендованного Бис-милом крохотного песчаного островка. Присматривать за цветами Бис-мил нанял пару бывших земляков, сам же занялся исключительно торговлей – за прошедшие годы он выучился грамоте, а так как от природы был сметлив – дело пошло. Цветы в теплом климате и при наличии большого количества влаги росли отлично и продавались влёт – как ни странно, до придумки Бис-мила продавать цветы никто из купцов не додумался.

А потом Бис-мил влюбился в девушку из небогатой семьи и посватался к ней. Ему не отказали, юная жена оказалась доброй, работящей и хозяйственной, вскоре родился сын, которого счастливый отец назвал Бис-лалом, правда, роды прошли не совсем гладко, и целитель еле спас мать и сына, но предупредил Бис-мила, что больше детей иметь Бисайя не сможет. Но Бис-мил был так счастлив, что его жена и сын живы, что даже не стал задумываться об этом.

Бис-лал подрастал, радуя своих родителей, он был красивым ребёнком, а позднее стал превращаться в красивого юношу. Бис-мил старался дать сыну всё, чего не было в детстве у него самого – нарядную одежду, дорогие игрушки, возможность учиться. Однако, что несмотря на попустительство со стороны отца, Бис-лал рос мальчиком добрым и совершенно неизбалованным. А ещё он вырос очень романтичным и не ждал от жизни никакого худа. Правду сказать, ему никто и не стремился причинить зло – к юноше хорошо относились все. А когда ему исполнилось шестнадцать лет, он сумел поступить в Высшую школу Даана – что-то вроде института, окончив который, можно было сразу же рассчитывать на получение государственной должности. Бис-лал оказался настолько способным, что легко сдал все сложные экзамены и оказался в числе учащихся, хотя детей простого звания в Высшую школу принимали крайне редко – в основном там обучались отпрыски знатных семей.

Бис-мил очень боялся, что заносчивые дети знати начнут задирать его сына и издеваться над ним, но этого не случилось. Мальчик действительно был обаятельным, умел находить общий язык со всеми, и его соученики если и не дружили с ним, то, по крайней мере, общались вполне дружелюбно. Беда пришла с той стороны, с которой Бис-мил не ждал.

Однажды Высшую школу посетил сам Наследник – принц Кай-сур в сопровождении верного друга – Сур-эта. Бис-лал был представлен обоим в числе десяти лучших учеников и получил из рук принца золотой знак отличия, которым очень гордился. Но сказка продолжалась недолго.

Через несколько дней дом Бис-мила посетил Сур-эт с недвусмысленным предложением – продать Бис-лала в наложники в его гарем. Он предлагал очень хорошие деньги и был весьма удивлён, когда бывший страж, не питавший особого пиетета к знати, едва не спустил его с лестницы за этакое предложение.

На самом деле в предложении Сур-эта не было ничего необычного – многие знатные покупали красивых юношей из простонародья в свои гаремы, и, частенько замученные нищетой родители даже радовались этой сделке. Да и мало кто из юношей возражал, тем более, что существовал строгий закон, запрещавший обращаться с наложниками чересчур жестоко, а по прошествии энного количества лет их полагалось освобождать с хорошим отступным, позволявшим начать новую жизнь. На самом деле не всё было так радужно, и судьба многих юношей попавших в лапы к знатным садистам была очень печальна, но многие надеялись на удачу…

Бис-мил же не хотел для своего красивого и умного сына судьбы живой игрушки на долгие годы, не хотел этого и сам Бис-лал. Так что Сур-эту было отказано. Тогда ни отец, ни сын не догадывались о гадкой и мстительной натуре ближайшего друга и сводного брата принца.

Спустя несколько недель Бис-лал не вернулся вечером с занятий, и отец с матерью забеспокоились. Бис-мил обегал весь город в поисках сына, призвал на помощь старых друзей из Ночной стражи, но несколько дней поиски были тщетны. А потом рыбаки выловили из озера труп юноши, и даже тот, кто не разбирался в целительстве, мог сразу сказать, что перед смертью этого несчастного подвергли самому гнусному насилию и издевались долго и жестоко. Бис-мил чуть с ума не сошёл от горя, его жена сразу слегла, не перенеся такого известия.

Похоронив сына, Бис-мил стал искать убийц-насильников с удвоенной силой. И ему удалось напасть на след. Некая старуха-нищенка рассказала ему, что на возвращавшегося домой юношу в безлюдном переулке напали трое. Отбивавшегося юношу скрутили и утащили в крытую повозку, на дверцах которой глазастая нищенка разглядела почти стёртый, но ещё видимый герб, герб с широкой белой полосой по краю – знаком бастарда Правителя. А помимо Сур-эта у Правителя не было других признанных бастардов мужского пола. Но старуха наотрез отказалась официально свидетельствовать против могущественного и знатного человека.

И тогда Бис-мил прибег к последнему средству – он оделся в старый мундир стражи, нацепил на грудь две медали за беспорочную службу и встал у ворот дворца Правителя, повесив на шею свой пояс – таков был древний обычай для тех, кто просил справедливости Правителя.

И его выслушали. Не сам Правитель, правда, но его Наследник. А выслушав, Кай-сур спросил – есть ли у него доказательства вины Сур-эта? Бис-мил был вынужден сказать, что прямых доказательств у него нет, а единственный свидетель ни за что ничего не скажет официально. Вызванный же Сур-эт с негодованием отверг обвинение и заявил, что глубоко оскорблён подобным подозрением. Однако он понимает горе отца и готов помочь материально. Сказав это, он достал из поясного кошеля несколько золотых монет. Но тут Бис-мил окаменел – за одну из монет зацепился и выпал ему под ноги круглый знак на цепочке - знак, который выдавали лучшим ученикам Высшей школы. Знак его сына.

Сур-эт тут же придумал какую-то правдоподобную ложь, но Бис-милу было уже всё ясно. Он развернулся и покинул дворец, понимая, что никакого правосудия не будет.

Он вернулся домой, и через несколько дней его постигло новое горе – смерть жены. А потом его нашёл один из старых друзей и предложил должность тюремщика в Башне Духов. Друг намекнул, что некая облечённая властью особа хочет свести с ним счёты и что лучшего способа, чем стать тюремщиком в Башне Духов, чтобы избежать её гнева, нет. Прежний тюремщик недавно скончался, а нового на эту должность отыскать весьма сложно – никто не желал становиться тюремщиком, боясь, что его зацепит древнее Проклятие Шамшуров.