Тогда Рид бросился к Наталье. На мгновение он замер, но лишь глянув на то, каким бледным стало ее лицо, схватил содрогающееся тело в свои руки. Он перевернул Наталью на спину.

— Клодия? — вскинул взгляд Рид. — У тебя есть препараты, чтобы это остановить?

Женщина смотрела на него в течение секунды, но потом кивнула и поспешила вперед. Спустя еще секунду она ввела Наталье препарат, останавливающий конвульсии.

«Давай же», — Рид приподнял Наталье голову, не позволяя ей биться затылком о пол. После пары минут, ощущавшихся подобно вечности, Наталья практически перестала содрогаться и ослабела.

— Куб не сработал, — нахмурившись, Маркус посмотрел на нее, словно на угрозу, а затем присел и забрал куб из ее ладони.

Рид подхватил Наталью на руки и, поднявшись, прижал ее к своей груди.

— Маркус? — раздался в наушнике голос Элл. — На подходе два патруля хищников. И, похоже, они мобилизуют все войска в округе. Вам нужно уходить.

— Мы не выполнили миссию…и Наталья…

— Я слышала, — голос Элл был мрачен. — Генерал Холмс посылает «Часового».

Маркус выругался.

— Мы собираемся все здесь разбомбить?

Рид знал, что большой дрон «Часовой» несет на борту огромную огневую мощь. После бомбежки от этого места не останется ничего, кроме небольшого кратера.

— Да. База слишком близко к «Блю Маунтин». Генерал сказал, что мы не можем рисковать.

— Ладно, — Маркус с винтовкой наготове пошел вперед. — Отряд Ада. Убираемся отсюда.

Прижимая к себе Наталью, Рид вышел наружу. Она была настолько неподвижна, что он волновался все сильнее. Но что его беспокоило еще больше, так это произошедшее в здании.

Посреди улицы приземлился «Хоук». Все поспешили подняться на борт, и через несколько секунд вертолет взлетел.

Никто не проронил ни слова.

Рид с Натальей на руках устроился на сидении. Все вокруг — вся молчаливая команда — смотрели на нее, как на бомбу, готовую вот-вот взорваться.

Напряженная поездка закончилась быстро. Огромные створки, ведущие к посадочным площадкам базы, открылись, и вскоре «Хоук» начал спуск по тоннелю в горе. Вращение лопастей остановилось.

Маркус по обыкновению распахнул дверь, однако его лицо было куда серьезнее прежнего.

— Рид…

Рид собирался ответить, но тогда увидел ждущего снаружи генерала Холмса. В окружении вооруженных людей.

«О Боже», — Рид почувствовал прилив горячей ошпаривающей эмоции. Он крепче прижал к себе Наталью. Как солдат, Рид прекрасно понимал, сколько мужчин, женщин и детей считают базу своим домом. И знал, что поклялся защитить их от любой угрозы.

Но впервые в жизни он разрывался между желаниями и чувством долга.

Выходя из «Хоука», Рид был благодарен за то, что его команда идет по обеим сторонам от него.

— Сожалею, Рид, — сказал генерал. — Но сейчас мы должны арестовать Наталью. Ради общей безопасности.

Вперед вышел один из охранников базы. Он держал в руках наручники.

— Сэр, она была заперта в лаборатории долгие месяцы, — напрягся Рид. — И ее мучили. Не надо наручников.

В глазах генерала промелькнула грусть, но так же в них была и решимость.

— И снова, мне жаль. Но наручники нужны.

— Рид, — пошевелилась Наталья. — Что случилось?

— Мы уже на базе, — Рид осторожно поставил ее на ноги. Он чувствовал себя пойманным в ловушку — как если бы оказался загнан в угол без путей к отступлению. — Наталья, ты помнишь, что сказала хищнику?

Наморщив лоб, Наталья рассеянно потерла грудь.

— Я…на самом деле я не уверена. Наверное, сказала ему уйти и оставить меня в покое.

Рид на секунду закрыл глаза.

— Ты говорила на языке хищников.

— Что? — нервно рассмеялась она. — Я не разговариваю на языке хищников. — Наталья осмотрелась и увидела наблюдавшую за ней толпу. Она потерла ладонями предплечья, и выражение ее лица стало напряженным. — Это не…это невозможно.

— Наталья, ты должна пойти с этими людьми, — приказал генерал Холмс.

Именно тогда она увидела наручники.

— Нет, — побледнела Наталья.

— Сожалею, но я вынужден настоять.

— Нет, — она яростно тряхнула головой. — Я не хищник. Я не одна из них, — Наталья посмотрела на Рида с мольбой в глазах. — Рид, пожалуйста? — но тогда ее взгляд сосредоточился на его лице, и она напряглась. — Ты ведь мне веришь?

Черт, он не знал, что и думать.

— Наталья…

— Нет! — она отскочила от него. — Нет. Вы не можете меня запереть. Только не снова, — Наталья бросилась прочь от толпы.