– А мужик её где? Ну, Доротеин?
– продолжал допытываться Кей. Ему почему-то захотелось узнать всё про эту девчонку, которой не повезло родиться в таком вот паскудно месте, где детей отбирают у мамок. В Алабаме этой сраной!

Подумав об этом, Кей вдруг вспомнил, как он, лёжа на телеге, упорно пытался что-то сообразить и сопоставить - из того, что было сказано или сделано вокруг него за время его собственного мерзотного пребывания в Алабаме. Но что?

Всё-таки у него в башке, видать, ещё не все ролики встали на место.

– Муж у неё от чёрной лихоманки помер, как и хозяин Джордж, - спокойно объяснил Заяц, деловито расковыривая палочкой золу в костре. Спустя минуту он извлёк оттуда несколько чёрных дымящихся кругляшей. Подул на них, разломил один, и Кей сразу узнал картошку. Он взял разломанный, исходящий вкусным паром клубень из рук Зайца и принялся жадно есть, жалея, что тут нету соли.

– А куда мы теперь ползём?
– спросил он с набитым ртом, чувствуя, как на зубах хрустят угольки, и стараясь говорить медленно и без тех словечек, которых Ай явно не понимал.

Тот торопливо дожевал свою картофелину, шмыгнул носом и отрапортовал:

– На плантацию хозяйки нас везут. В округ Отога. Туточки же, в Алабаме, только к северу, возле Теннесси. Утречком должны уже добраться.

– Нас - это кого?
– уточнил Кей. Невдалеке он видел другие костры и маячившие возле них тёмные тени. Ещё он слышал, как неподалёку фыркают и всхрапывают лошади. Там высились повозки, на которых, видимо, и путешествовали негры. Надсмотрщики, эти уроды, скорее всего, ехали верхом. Кей видел, как они расхаживают от костра к костру - их легко можно было отличить от рабов даже по силуэтам: другая одежда, властные повадки. "Сучары грёбаные!" - с яростью подумал Кей.

– Мисс Лора добрая, она наняла повозки, - поймав его взгляд, пылко заявил Заяц.
– А то бы мы пешими шли. А ты ведь болел.

Кей в очередной раз скривился и наконец буркнул, пересилив себя:

– Ясно. Чего ж... спасибо, братан, что возюкался со мною. Больше такой херни не повторится, зуб даю.

И усмехнулся, увидев, как просияли глаза Айзека.

Но тому снова пришлось выхаживать Кея уже на следующий день после того, как обоз с рабами - общим числом в две дюжины голов, - сопровождаемый тремя верховыми надсмотрщиками, прибыл в усадьбу семейства Хендерсон под названием "Ореховая роща".

* * *

I hope I live to be a man

must be part of some big plan to keep a brotha in tha state

penn

counting pennys over tha years

I'd done stacked many

proven wrong those

who swore i'd wouldn't live till twenty

* * *

В усадьбе обоз оказался ближе к полудню. Солнце, едва поднявшись, жарило вовсю, и Кей сто раз пожалел о том, что на нём нет рубахи. Его плечи и затылок накалились так, что хоть оладьи пеки. Он не привык к этакой жарище, а может, роляло ещё и то, что его собственная кожа была лишь немногим смуглее белой. В своём квартале его вообще дразнили "беложопым", за что Кей нещадно чистил друганам морды. Он с сумрачной завистью косился на прокопчённого солнцем Зайца, который беззаботно болтал босыми ногами, сидя рядом с ним на скрипучей и подпрыгивающей повозке. И так же косился на здоровенного седого негра, чья широкая чёрная спина маячила впереди него на козлах - того кликали дядюшкой Соломоном, и он всю дорогу молчал, как глухонемой.

Доротея, ехавшая на той же телеге, снова навертела на голову тюрбан. Поймав взгляд Кея, она вдруг размотала эту повязку и ловко набросила кусок тканины на его голые плечи, прикрыв их от палящих лучей.

– Ты непривычный, - тихо пояснила она, когда Кей раскрыл рот, чтобы запротестовать, и пригладила свои взъерошенные кудряшки.

Кей проглотил все слова, какие хотел сказать. Доротея была похожа на какую-то статуэтку, вырезанную из чёрного дерева, - с длинной гибкой шеей, точёными плечами и огромными печальными глазами, которые она поспешно отвела под его завороженным взглядом. Кей спохватился и сам отвернулся.

На других повозках вперемешку расселись чернокожие мужики и бабы в разномастных обносках, настороженно косившиеся на Кея, Ая и Доротею. Кей внезапно догадался, почему остальные едут отдельно, битком набившись в две телеги - они попросту боялись его, Кея, всё ещё громыхавшего цепями подобно демону из преисподней.

Цепи эти меж тем адово натирали ему шкуру и вообще мешали передвигаться по-людски. Он от души надеялся, что по прибытии на место его раскуют - вот тогда можно будет и о побеге подумать! Сначала всё как следует разузнав и разведав, само собой.

Мисс Лоры Хендерсон, белой цацы, поблизости не наблюдалось. Ни в какой-нибудь карете, ни верхом. И то, не с обозом же ниггеров ей путешествовать!

Наконец с очередного пригорка показались зеленеющие под солнцем поля. Кей отродясь не видывал хлопковых посадок, но почему-то сразу вкурил, что это именно они. Там работали негры - тёмные потные спины блестели на солнце, когда рабы равномерно взмахивали мотыгами. Оттуда доносилась заунывная ритмичная песня.

Кея прямо передёрнуло. Если мисс Лора считала, что и он отныне будет мотыжить её чёртов хлопок, то у Кея была для неё новость: он и под страхом смерти не собирался этого делать!