— Ты верь мне, Машенька. Я не предам. Ты все, что у меня есть. Ты самое дорогое, что у меня есть. — говорил тем временем он.

И внутри снова разлилось тепло, прямо как тогда ночью на лавочке, когда я поверила… Когда я любила всем своим сердцем, всем своим естеством, всей тогда еще безгрешной душой.

Что осталось у меня от этой души? Одна кровоточащая рана. И только страх, какой-то невероятный безотчетный страх, за моего ребенка, за мое будущее, за себя саму. И присутствие в моей жизни Володи, хоть он и был самым любимым и желанным для меня человеком, только усиливало мои опасения. Я не видела выхода из создавшейся ситуации, да и масштабы моей трагедии я тоже оценить все еще не могла. Я не знала о нем ничего, кроме того, что он был нашим соседом и я его любила. Вчера и ночью мне было тепло и спокойно от его присутствия, но это ощущение улетучилось, как только за ним закрылась дверь. Но ничего не поделаешь, надо жить в той реальности, которая есть. Я оделась, собралась и отправилась на учебу. Моя тень, естественно за мной. В метро была давка, и он стоял совсем рядом, закрывая меня от окружающих собой.

— Надо решить, как Вы будете ездить в институт, мне не нравится сегодняшняя ситуация, обратно поедем не на метро.

— Хорошо, как скажете, — совсем вымученно произнесла я. Меня мутило. Но мой охранник видимо не совсем правильно воспринял мое настроение.

— Он хороший человек, Мария Вячеславовна.

— Кто?

— Владимир Александрович.

— Зачем, Вы мне это говорите?

— Потому, что Вы переживаете. Он плохо поступил с Вами, но он любит Вас. Мы все рады.

— Чему?

— Вашему присутствию в его жизни.

Я только ухмыльнулась. Все пары он был в аудитории, даже не прогуляешь, при желании. Подруга Кира все пыталась выведать, что со мной, почему я так изменилась внешне, и кто этот мужчина, что ходит за нами всюду. А я заметила, как он снял Киру на телефон и уже наверняка выяснил кто она такая. «У нас полиция бы так работала, как частная охрана некоторых личностей, » — пронеслась мысль. Кира же щебетала весь день. Она отдыхала на море и там познакомилась с парнем. О нем она могла говорить часами. Я радовалась только тому, что могу сегодня о себе промолчать. Может, завтра я о себе сама знать буду хоть чуть больше. И может, буду понимать, что можно говорить подруге, а что нет. Она о моем положении скоро догадается, так что объяснений не избежать. А что я скажу, шла по улице, села в машину бывшего знакомого, он меня изнасиловал, теперь радостно жду его ребенка и жру угрей с икрой вперемешку? А еще он женат, и вообще криминальная личность. А Кира все болтала и смешно размахивала руками, а я все копалась в своих мыслях, не забывая поддакивать, и как мне казалось вовремя соглашаться. Пока я не услышала.

— Вот и хорошо, значит завтра в семь, а он друга своего приведет!

— Кого приведет?

Я услышала смех моей тени.

— Слушай, а вот тот за нами ходит, это кто?

— Папа нанял, я из доверия вышла.

— И что теперь? Папа может не разрешить тебе встретиться с нами?!

— Не знаю. Давай завтра.

— Давай, но я надеюсь.

— Я постараюсь.

Домой мы ехали в такси. Мой охранник сидел рядом со мной.

— Владимиру Александровичу…

Я не дала ему договорить.

— Я ему не жена, так что мне все равно, что он подумает, если я встречусь с подругой. Я терплю Ваше присутствие, и этого уже с меня достаточно. Вам не кажется?

— Вы привыкните.

— Никогда.

Домой я поднималась уже раздраженной. Дверь была закрыта на защелку изнутри. Позвонила. В мыслях уже готова была сравнять его с землей, Володечку этого. Но двери открыла мама. От вида габаритов ее живота мне стало просто страшно. Мы обнялись и я вошла в дом.

— Маша, я волновалась, я же понимаю, что все не так как ты говоришь. Я звонила Свете, твой отец молчит, как партизан. Я все знаю… Слава встретил меня сегодня и привез сюда и двери открыл.

— И?

— Что? И?

— Ну Света тебе рассказала, дальше что? Прилетела в таком положении, в такую даль зачем?

— Решить все!

— Что все?

— Я поговорю с ним.

— С кем?

— С Володей Субботиным. Вот с кем. Паразит! Я ему все скажу!!!

— Скажешь, если он придет, конечно. Надеюсь к нему домой ты не собираешься?

— Маша, расскажи мне все.

— Мамуль, всего я не знаю, да и не всего тоже. У меня будет ребенок, ты будешь бабушкой. Рада?

— Нет. И ты прекрасно понимаешь, что нет. Без мужа? Ребенок? Как ты собираешься его растить? Одна? Маша, ты представляешь, какая это обуза? Это пеленки, памперсы, не пойди никуда, куча денег, которые уходят в унитаз. Ты просто не понимаешь! Ты не осознаешь, с чем ты столкнешься!

— Я люблю его, — почти шепотом произнесла я.

— Володю?!

— Нет, ребенка. Я хочу его. Он не будет обузой, потому, что я его люблю. Это аргумент?

— Маша, я тоже тебя любила, но это так трудно все! А ты в девятнадцать лет калечишь собственную жизнь! Будут у тебя еще дети…

— Мама, я хочу есть. Ты готовила?

— Я с самолета, я беременна. Я должна была отдохнуть.

— Да, конечно! Тогда мы пьем чай с тем, что найдем в холодильнике, а потом подумаем, что готовить. Папа подойдет вечером?

— Да, он обещал.

— Хорошо, пойдем питаться. Это важно в нашем положении.

Пока мы пили чай с бутербродами с семгой мама выясняла кто приносит мне продукты, и сколько денег дает мне Володя на жизнь. Еле как сменила тему. Ужин мы приготовили, вернее я приготовила. Мама себя чувствовала не очень хорошо и лежала. Я была рада передышке. Но в голове крутилось одно — придет Володя сегодня или нет. Он не говорил о своих планах со мной, а с мамой тем более не захочет говорить. Да и вообще захочет ли говорить с мамой. Он ее знает, слишком близко знает. И тут я была шокирована собственным открытием — он же встречался с моей мамой. Интересно, насколько близко встречался? Самое ужасное, что в душе взыграла ревность. Я немножко забыла, что мама давно замужем, и у них с Германом вот-вот будет второй ребенок. Важно было лишь то, что у него, у Володи, были женщины, много женщин и жена есть, которой он спокойно изменяет, и я есть, и наш малыш. А может, я не важна для него, а только лишь ребенок? А если он отберет его у меня? У живой не отберет! Вот в чем я уверена. Я сложила руки на животе, как бы защищая своего малыша. Потом вдохнула, выдохнула и поняла, что я ничего изменить не могу, а значит все будет так, как будет. А вот с парнем Киры я завтра обязательно познакомлюсь. Почему нет? Я никому никаких обещаний не давала.