Но сейчас ее простота и естественность завернуты в это платье. Подобранное со вкусом, деловое, но… чертовски… сексуальное платье. Несмотря на отвлекающий внимание новый наряд Нетерпюхи, мне становится любопытно, зачем она ходит за Ма, как тень. Я понимаю, что они работают вместе, но почему она была здесь вчера вечером? Почему она и сегодня здесь?

— Привет, Ма. — И снова я ищу ответы, обнимая ее.

Она крепко прижимает меня к себе, а потом произносит:

— Привет, Гас. Как ты себя чувствуешь? — Ее ладонь уже на моем лбу, проверяя, нет ли у меня жара.

— Я в порядке, Ма, — кашляя, отвечаю я. Боль в горле после обеда превратилась в мучительный кашель. Ну, что тут скажешь, я — счастливчик.

— Мне так не кажется, — качает головой она.

— Я в порядке, — заверяю я ее.

Платье проходит мимо меня, не сказав ни слова, только коротко кивнув головой. Я снова растерян и не понимаю, что это значит. Кивок. Здесь, на моей территории. Это: «Привет», «Как дела» или «Пошел на хрен»?

Разворачиваюсь и смотрю, как Нетерпюха идет по коридору. Куда, черт возьми, она направляется? А потом я произношу эту фразу вслух:

— Куда, черт возьми, она направляется?

Ма начинает перебирать почту на краю стола. Это отвлекающий маневр, чтобы не смотреть на меня, когда она будет говорить то, что я не хочу слышать.

— В свою комнату.

— Что? В свою комнату? — взрываясь, кричу я.

Ма продолжает рьяно изучать стопку рекламных буклетов. Там нет ничего стоящего — я знаю, потому что порылся в ней, когда вытащил из почтового ящика после обеда. Она тянет время.

— Что значит в «ее комнату»? — повторяю я.

Ма вздыхает и расправляет плечи.

— Скаут остановилась в комнате для гостей, пока не накопит на аренду собственного жилья.

Я качаю головой, чувствуя, как внутри меня нарастает ярость. Всю жизнь меня было очень сложно разозлить. Но в последние девять месяцев это происходит моментально. Знаю, то, что я чувствую сейчас — это гнев, лишенный здравого смысла, результат ситуации, которая раздражает меня. В этом нет вины Ма, но я не могу сдержаться. Тыча пальцем в сторону коридора, я хриплым голосом говорю: «Это комната Опти».

Ма пристально смотрит на меня с блестящими от слез глазами и дрожащим подбородком. Она никогда не скрывает своих эмоций, но очень редко плачет. Первая слеза, скатившаяся по ее щеке, мгновенно остужает мой гнев. Она кивает; Ма согласна со мной, это комната Опти. Так было и будет всегда.

Я делаю шаг вперед и обнимаю ее. Она цепляется за меня так, как будто только сейчас пытается выплакать месяцы горя на моем плече.

— Ей больше некуда было пойти, Гас. Она никого тут не знает. Она пытается начать жизнь заново.

Я позволяю ей выплакаться. И выговориться. Просто молчу и слушаю. Ненавижу, когда Ма плохо. Это убивает меня. Она всегда такая сильная.

— Я тоже скучаю по Кейт. Ты же знаешь. Никто не заменит эту девочку в моем сердце. Она была мне как дочь. Они обе. Но Скаут нужна помощь. Она такая умненькая и я вижу в ней столько хорошего, такой потенциал. Ей нужно на время где-то остановиться, но кроме этого, ей нужна поддержка, Гас. И я намерена предоставить ей и то, и другое.

Когда она начинает хлюпать носом, я ее отпускаю. Она слабо улыбается и вытирает большим пальцем разводы от туши под глазами.

— Пойду, приведу себя в порядок, а потом мы можем ехать на вечеринку к Микайле.

Я киваю и целую ее в лоб.

— Я готов.

Ма исчезает в своей комнате, а я решаю покурить. Я стою на подъездной дорожке с цветами в руках и приканчиваю уже вторую сигарету, когда слышу, как открывается и закрывается позади меня входная дверь. Это сигнал к тому, чтобы пора тушить ее в пепельнице в гараже.

— Хочешь, я поведу?

Я всегда ее об этом спрашиваю.

Она всегда отказывается. Ма крайне самостоятельна.

— Нет, я сама.

Я расслабляюсь, потому что теперь мне можно выпить. Нет, я не собираюсь нажираться, просто успокоиться.

Я смотрю на Нетерпюху.

— Хочешь сидеть рядом с водителем?

Она качает головой, избегая смотреть мне в глаза. Отлично. Я просто пытаюсь быть милым. Да пошла она.

— Какая у тебя любимая цифра? — улыбаясь, спрашивает Ма, пока я пристегиваюсь.

Я улыбаюсь в ответ. Эта женщина знает меня. Она знает, что я думал об этом.

— Девять, — отвечаю я.