– Все, Денна, - чуть слышно проговорил он.
– Спасибо за чай. Мне конец.

Третий посмотрел на него с нескрываемым удивлением.

– Что случилось?

– Да ничего, просто я никак не могу понять, почему меня все так боятся, да и он вот тоже, - Черный Майя бесцеремонно указал пальцем на Эарнура.
– Поначалу, еще во времена Эрегиона и Нуменора, меня это очень забавляло, и я не упускал возможности над кем-нибудь поглумиться, потом стало раздражать, но я все же сдерживаюсь, хоть меня так и подмывает набить кому-нибудь морду.

– Саурианна, не надо, - Денна встал и решительно загородил своего гостя собой.
– Помню я, как ты отношения с Эллери выяснял: после твоих разборок - три трупа и один пожизненный калека.

– Значит, заслужили, - тут Саурон хрипло рассмеялся.
– Вот сколько лет ты меня знаешь, а все попадаешься на мои удочки! Я же просто шучу!

– Я не попадаюсь, я тебе подыгрываю, - улыбнулся Третий.

Эарнур по-прежнему неподвижно сидел на стуле, боясь даже глазом моргнуть; он старался не смотреть на Черного Майя, но чувствовал, что у него от одного его присутствия кровь леденеет в жилах. Чего он хочет? Нарочно мучает своего пленника перед тем, как убить?

– Объясни мне, пожалуйста, чем ты меня слушал?
– надменно произнес Саурон, наконец обратившись к нему.
– Я тебе, кажется, ясно сказал: не смей никуда уходить из моих владений, если, конечно, не хочешь, чтобы Элронд и тебе воткнул нож в спину. Но я не запрещал тебе выходить из комнаты и не говорил, что убью тебя за это!

Король Гондора, впрочем, уже не слушал его - он чувствовал, что находится в каком-то полуобмороке и с трудом может сидеть; перед глазами у него плыли радужные круги, к горлу подкатывала тошнота, голоса доносились до него, как сквозь плотный занавес.

– Эй, ты что?
– окликнул его Саурон.
– Денна, вы тут что пили?

– Чай, - растерянно и недоуменно ответил тот.

– Хорошо, что чай, я уж испугался, что ты его чем покрепче угостил, кофе и хмельное ему в его состоянии сейчас нельзя!
– еще успел разобрать Эарнур до того, как окончательно провалился в черноту.

30

Когда он наконец очнулся, за окном стояла глубокая ночь - или вечер, понять было нельзя, потому что, к его удивлению, погода впервые за все время его пребывания в Мордоре испортилась, небо заволокло тучами, и сквозь приоткрытое окно до Эарнура доносился шум дождя.

– Ты хоть представляешь себе, как ты меня напугал?
– повернув голову, король Гондора увидел перед собой Денну.
– Саурианна сначала решил, что это я от большой любви к нуменорцам напоил тебя какой-то дрянью. Нельзя так себя накручивать, хотя ты не первый, кто от одного его взгляда сознание потерял. Ты хоть говорить-то можешь?

Эарнур, немного придя в себя, попытался сесть на кровати. Сейчас он заметил в лице Третьего что-то настороженное и жесткое, а не только жизнелюбие и беспечную веселость.

– Тебе попало?
– хрипло прошептал он.

– Мне? Да нет, не за что, - махнул рукой тот.
– Если бы я и в самом деле тебе какой-нибудь гадости налил, Саурианна устроил бы мне веселую жизнь, а так тебе просто поплохело. Хотя за все время, что я его знаю, он ни разу на меня не накричал, потому что я всегда и во всем его слушаюсь и никогда с ним не спорю, в отличие от многих других.

Эарнур ощутил невероятную усталость и только сейчас понял, как измучен всем тем, что с ним произошло - болью, издевательствами, страхом. И как понимать слова Денны? Он ненавидит нуменорцев, хотя совсем недавно улыбался ему в лицо? Все-таки правильно он сделал, что не стал ничего о себе рассказывать. Вернее, почти ничего, но это уже неважно.

– Мы с тобой так хорошо сидели, - продолжал тем временем Третий, - а ты взял и свалился без чувств. Саурианна тебе хотел отличную новость сообщить, но ты его так боишься, что тебе одного его появления за глаза хватило. Я пообещал ему, что посижу немного с тобой, пока ты не очнешься.

– Какую?
– растерялся пленник.
– Неужели Аранарт решился-таки убить Элронда ради меня?

– Увы, - покачал головой харадец.
– Этот ушастый гад еще не сдох. Саурианна сказал мне, что с тобой хотел встретиться кто-то из ваших. Пока просто встретиться.

В глазах Эарнура мелькнуло отчаяние, быстро сменившееся надеждой. Кто, рискуя жизнью, пришел сюда, в сердце владений Врага?

– Кто это?
– он попытался изобразить невозмутимость, но получилось плохо - ему подумалось, что Денне он наверняка кажется просто жалким.
– Мардил? Аранарт?

– Понятия не имею, - пожал плечами тот, поправляя на прикроватном столике масляный светильник.
– Какая-то девушка, кто такая, не знаю.

Эарнур всегда сторонился женщин, у него никогда не было возлюбленной, да и друзьями противоположного пола он не обзавелся, поэтому, услышав эту новость, не знал, что думать. Кто мог прийти к нему сюда? Неужели Арвен? В следующее мгновение он сильно пожалел о том, что упомянул имя дочери Элронда в недавнем разговоре. Если это действительно она, все может очень плохо кончиться для них обоих.