– Это... в общем, Ковь... может... давай ее оставим?

– Чего-о-о? Я что-то не расслышала... совсем с катушек съехал?

– Ну что мы ругаемся на пороге, давай зайдем в комнату, мирно все обсудим...

Васка схватил край двери обеими руками, уперся ногой в стену и начал осторожно дверь открывать. Противно заскрежетали по полу каблуки. Ковь была не самой слабой девушкой, но рыцарю в плане физической силы не чета.

Первой в образовавшуюся щель прошмыгнула нечисть. Занятая борьбой с Ваской магичка не сразу это заметила, а когда заметила, моментально бросила дверь и сложила руки в смутно знакомом Васке в жесте, с некоторой неуверенностью опознанном им как защитный.

Васка шагнул в номер, прикрыл дверь и встал между Ковью и подобранной на ярмарке девчушкой, скрестив руки на груди.

– Какого ж ты притащил в мою комнату русалку!?
– рявкнула Ковь, - На малолеток потянуло? Так и пер бы ее в свою комнату, какого... я должна с этой тухлой рыбиной...

– Это вы, тетенька, зря про малолеток. Я думала, надорвусь, чуть ли не дна иссушилась, а ему - хоть бы хны, - вякнула русалочка из-за спины Васки.
– Поразительная устойчивость к магии, небось, часто на нем тренируетесь?

Ковь взвыла и запустила в девчонку невесть откуда взявшимся глиняным кувшином. Тот просвистел у Васки над ухом, и он мысленно поблагодарил Ха за отвратительную меткость напарницы.

– Понимаешь, - Васка поспешно достал из кармана сплетенную из лески, бусинок и проволочек зеленую штуку, отдаленно напоминающую водоросль, и покачал ей у Кови под носом, - так получилось, что я заключил с ней сделку. Из-за кое-кого мне сейчас только с нечистью и договариваться!

Ковь потянулась к "водоросли", желая пощупать, но Васка в последний момент отдернул руку. Русалочка из-за спины Васки торжествующе хихикнула:

– Ну что, Прасковия, заключишь со мной сделку за амулет призыва речных сестер, или ты все еще прин-ци-пи-аль-но не сотрудничаешь с водной нечистью, огневушка?

– Ну имя-то, имя зачем ей сказал, придурок? Я же теперь оказаться не смогу...

Ковь не отрывала жадного взора от амулета. Васка бы улыбнулся, если бы не боялся вызвать этим очередной виток скандала: естественно Ковь могла отказаться, но не хотела. Сделка действительно была ей крайне выгодна, но поломаться-то надо, это же Ковь, просто так с Ваской не согласится, скорее косу до пояса отрастит, а потом сжует.

– Если бы я был уверен, что ты ее выслушаешь, не сказал бы. Я и сам хотел зайти с ней куда-нибудь в малолюдное место и отсечь ей голову, не люблю быть обязанным нечисти... если бы не ее история...

Ковь презрительно фыркнула.

– Если бы да кабы, да во рту росли грибы, а в твоей пустой головешке водились бы мозги... Кто же нечисти-то верит?

– Я верю. Она русалка, Ковь. Как думаешь, что это значит? Ее утопили, понимаешь?

– Или она пошла купаться с дружками. Нашел, чему верить, Васка! А если я скажу, что случайно сожгла того косорылого чувака, что пригласил меня на танцы три недели назад, и теперь мне срочно нужно в храм, замаливать грехи, ты выдашь мне свои кровные на дорогу?

Вопрос повис в воздухе. Ковь с садистским наслаждением наблюдала, как на лице Васки отражаются все стадии изумления, от легкого, до крайнего. Он потупил минуты две и выдал:

– Ты это... серьезно?

– Серьезней не бывает. Он завалил меня на сено, а потом... я не могла вырваться... Так стыдно, так стыдно... Еще и сено погорело.

Ковь скроила жалостливую мордашку и посмотрела на Васку исполненными страдания глазами убитой горем женщины.

– Сколько?
– хрипло спросил Васка.

Ковь - она могла.

Мысль о том, что сжечь назойливого ухажера, это, конечно, в стиле Кови, но вот раскаиваться после - вовсе нет, пришла уже позже.

Ковь расхохоталась, а из-за Васкиной спины ей тоненько вторила русалочка. А затем хихиканье перешло в горестные всхлипы.

– Тетенька... вы... не шутят с такими вещами!

– Понимаешь, тухлятина, я просто объясняю, что верить кому попало нельзя. Вот я ему не верю. И тебе не верю. А он поверит даже старьевщику, когда тот обзовет свое шмотье антиквариатом и потребует тройную плату...

– Я не тухлятина! Я Кирочка! И, тетенька, не шутят!
– взметнулась русалочка карающей волной и даже выскочила из-за спины Васки, размахивая тоненькими ручками, - У меня мамку так утопили. И меня заодно. Только мамку схоронили у обочины, а меня не нашли... вот я и прошу, прошу, ищу магичку какую, или рыцаря с чистым сердцем и мозговитого, хочу, чтобы убийцу моего! Чтобы...

Ковь резко посерьезнела.

– Положим, мозговитого рыцаря ты не нашла, но в этом деле сойдет даже безмозглый, - Ковь бросила на Васку презрительный взгляд, - Ладно, за твой амулетец я, так и быть, схожу к местному барончику, расскажу про ниспосланное мне виденье, пригрожу засухой... как миленького вздернут убивца! Ты только пальчиком в гада ткни, и тетя-магичка разберется.