Нащупав кнопку отбоя, Михаил с силой нажал на неё, опрокинув будильник, и с трудом разлепил веки.

– Который час?
– услышал он сонный женский голос над своим ухом и повернул голову.

Дольше, чем ему хотелось бы, Афанасьев пытался вызвать из памяти имя девушки, лежащей рядом с ним. Евгения. Его всегда забавляли такие универсальные имена; при этом он бы ни за что не стал назвать ими своих детей.

Ещё некоторое время потребовалось лениво выкарабкивающемуся из алкогольной трясины мозгу, чтобы воссоздать события минувшего вечера. Частично - многое, похоже, утеряно безвозвратно.

День Михаил провёл вовсе не с Жанной, как планировал - она отказалась от встречи, сославшись на "те самые дни". Поскольку то же самое она сказала и неделей раньше, он пришёл к единственному верному выводу и вычеркнул её из своей записной книжки. В обед встретился с другом и до семи часов они вместе медленно, но верно напивались. Всего лишь пивом, поэтому неудивительно, что Михаилу захотелось продолжения. Товарищ идею не поддержал, а вот Афанасьев завалился в один из баров, где и встретил Евгению, одну из своих любовниц, с которой расстался около полугода назад. Время сгладило неприятные впечатления о ссоре, положившей конец их отношениям, а алкоголь позволил снова увидеть привлекательные стороны друг друга.

Михаил мало помнил о происходившем ночью, и ему оставалось лишь надеяться, что он не забыл воспользоваться презервативом. Ну или, на худой конец, что Евгения позаботилась о предохранении сама - уж ей-то нежелательная беременность тем более ни к чему.

– Так сколько времени?
– повторила свой вопрос девушка.

Афанасьев поднял уронённый будильник и посмотрел на циферблат.

– Пятнадцать минут девятого.

– Чёрт, мне же на работу надо...
– простонала она и прижала ладонь ко лбу.

– Не тебе одной, - бросил Михаил и встал с всклокоченной постели.

Его одежда была разбросана по всей комнате. Натянув нижнее бельё, он принялся за рубашку и остановился, глядя на Евгению. Она продолжала лежать с закрытыми глазами.

– Эй, ты чего, опять заснула?
– громко произнёс он.
– Вставай-вставай, выходные закончились.

– Ненавижу утро!
– сказала она, медленно приподнимаясь.

Михаил тоже чувствовал себя паршиво, однако болезненный вид девушки всё равно озадачил его.

– Ты не приболела, случайно?
– спросил он.

– Не знаю. Башка трещит, я вся разбитая...
– Евгения, наконец, посмотрела на него: - Ты чем меня напоил вчера?

– А вот этого не надо!
– поднял указательный палец парень.
– Мы пили вместе. И я ничего тебе не подсыпал. Зачем мне это? Мы не впервые в одной постели оказались.

Девушка покачала головой.

– Что тогда?

– Перебрала. Мы оба перебрали, - продолжая одеваться, ответил Афанасьев.

– Не знаю... Такого со мной ещё не бывало.

– Прими "Цитрамон".

– Хоть больничный бери, - сказала Евгения и улыбнулась: - Можно я останусь у тебя сегодня?

– Слушай, - Михаил присел рядом с ней, - мы хорошо провели время, спасибо тебе. Но - это всё. У тебя своя жизнь, у меня своя. А теперь пора уходить.

Девушка помрачнела и, больше ничего не говоря, встала с кровати.

Афанасьеву показалось, что для этого ей пришлось приложить немало усилий.

* * *

Когда Михаил и Евгения вышли из квартиры, часы показывали без двадцати девять. Девушка была мрачна и неразговорчива - лишь тень самой себя из минувшего вечера. Парню ситуация нравилась не больше, чем ей, но он не сомневался, что поступает правильно. Он не верил во вторую попытку. И зачем вообще всё усложнять? Они оба получили ночью то, что хотели - и точка. Если же планы Евгении не заканчивались плотскими утехами, она может винить только себя за самонадеянность.

Афанасьев подвёз её к месту работы - благо это было по пути. Когда девушка выбиралась из машины, кряхтя, словно недавно разменяла седьмой десяток, Михаил снова спросил:

– Ты точно в порядке?

– Справлюсь, - последовал короткий ответ.

То ли специально, то ли действительно не справившись с тугим замком, Евгения не смогла плотно закрыть дверь. Парню пришлось перегнуться через салон и сделать это самому. Посмотрев вслед девушке, он сказал себе, что она взрослый человек и сама знает, нужна ли ей помощь.

Не избавившись полностью от смутной тревоги, он погнал "Волгу" на окраину города (такая вот ирония - живёт в центре, а работает на периферии, в отличие от подавляющего большинства). Михаил понимал, что в его крови ещё достаточно алкоголя, чтобы нарваться на крупные неприятности с ГАИ, поэтому старался выбирать окольные пути.

Несмотря на задержку, он остановил машину рядом с конторой за пять минут до начала рабочего дня.

"Ещё успею воды купить. И сигарет", - подумал Афанасьев, вылезая из салона.