Первый натиск коллег о нашем начальстве отбивали девушки. А во второй части, когда почтмейстер в тужурке с петлицами так чина X-XII класса, завёл разговор, что-де двор с лабазом и конюшней принадлежит купцу второй гильдии Собакину, я высказал претензию:

– Господин Артёмов, а у купца асфальт во дворе был? А аппаратура телеграфа хорошо работает?
– и поправил кобуру...

И случился казус. Напуганный моим па начальник почтовой конторы, сделав чёткий поворот через левое плечо, начал своё отступление с правой ноги. И бац... Держак граблей влепил ему по носу. Мда...

– Ну, зачем вы так, Роман Михайлович? Иван Николаевич, милейший человек!..
– риторика от Лиэль, и продолжение: - А кто такие терминаторши и что такое стринги?..

– Шеф, я тут за Шатрова подумала, врёт капитан. Если бы здесь была немецкая оккупация, как он заявил, то он был бы по званию гаутманом, на калитке был бы шильдик - Ост-гассе или Остштрассе и блуза была бы не такая, как у него... А Артёмов нас за феминисток принял. Кстати, я, кажется, нашла себе несколько нарядов...

'Вот уж дамочка!.. Двадцать дел делала и думала она!..'

Показал знаком - заводи, и сел в ЗиР. Правильная девушка, Лиэль - водитель которая, не знающая четыре вида трусов для загара поехала направо, через два квартала застряла в пробке - толпе, и мне пришлось включать клаксон-сирену, как посоветовал Николаич... В зеркало заднего вида увидал убегающего священника, по бокам - удивлённые лица принаряженных станичников, вывеску 'Бакалея Сидоркина', а перед собой - карантинный проезд с кучей тявкающих псов... Две из своры преследовали нас метров триста, до поворота направо...

В цитадели, слава богу, разгрузились. Закрыл 'Микру', все двери и покатил тележку с гигиеной к складам: один под 'химию', вторая камора - продовольсвенно-вещевая. Ага, она стала ещё и примерочной. Коллеги занимались там, прямо таки, богоугодным делом - потрошили посылки и бандероли. Лиэль, сбросив форму 'гонщицы от своры собак', принарядилась в лёгкое летнее платьице и туфли на высоченном каблуке с устрашающими металлическими шипами, Зося сетовала на то, что 'откуда у этой Парчевской столько денег - туфельки стоят пятьсот рублей', а сладкая парочка охранников влезли в нестандартно - большую посылку с электроинкубатором. Я прислонился плечом к штабелю ящиков - вот же чёрт!
– консервов 'Ролтон', переотдохнуть чуть-чуть...

– Хо! Лабутены-на! Эдак за штуку амеров...

'Я же всё закрыл?!' Меня как током ударило от этого чужого голоса за спиной, до передёргивания плечами. Медленно оглянулся. В шагах пяти стоял невысокий, сухопарый чернявый хлопчик в "прикиде" и со здоровенным револьвером... Инопланетянин для меня: растаманские косички, серёжки в ушах, козлиная бородка, чёрная футболка, дырявые чиносы с заплатками и серо-розовые сандалии. Инопланетность подчёркивалась рисунком на груди - девица с короной и надпись: "Все бабы как бабы, а я прынцеса". Полный улёт, мля! Это от второго пе-пе-персонажа! Парень был крупный, приодет в спортивные серые штаны и майку-безрукавку салатного цвета с эмблемой ЦДКА, был босым и с коричневым дипломатом. Фигура накачанная, хорошо сложен, но вот лицо!.. Под тёмной гривой волос а ля Эйс Вентура была мордень с двумя шрамами и ожогом, занимающим всю правую сторону 'лица'. Брр...

'Вот же влипли! Не зря говорят: смени позу!' Здоровяк достал из чемоданчика раритет - немецкий ПП МП-38, в золотом исполнении ...повёл стволом, пресекая наши попытки достать ручное оружие...

Затем, самое интересное, агрессоры, молча забрав наши пистолеты, повели нас на террасу и рассадили в ряд на стульях - я, Лиэль, Эльза, Зося с мобильником, Борисов. А крепыш, отодвинув столик, стоящий рядом со мной, положил на него аккуратно два наших 'Стрижа', дипломат и ПП. Растаман пошёл осматриваться...

– Дожили, блин!
– громко проговорила Эльза.
– Вот кто себе сейчас будет гарем набирать!

– А я согласна... Только ему надо пластику лица сделать, - произнесла Лиэль и прикусила под фырканье Зоси нижнюю губку...

– Никитос, а номера тут хорошие, вот такие траходромы!
– от вышедшего из среднего номера поклонника субкультуры Джа.
– Откуда шум?..

– Стоп! Хенде хох!..

На террасе появились ещё двое персонажей. Вкарабкались на балкон снизу. Здрасте! Мдя, два милиционера - пробковые шлемы, гимнастёрки, сапоги, галифе, ТТ в руках, и чихающие... И они мне не понравились, пропыленными были до последней нитки на хромовых сапогах. И снизу несколько раз чихнули. Мы, сидевшие, вздрогнули и ручки подняли. Зося последняя.

– Хенде хох! Шнель!
– грозный окрик - опять по-немецки?!
– от левого офицера, которому достался обожатель дредов.
– Чё... Апчхи...

Цедековец стал медленно поднимать руки, растаман их в стороны развёл, а эмвэдэшники годов так 40-50-х растерялись. Для них стала большой загадкой кто, стоял - сидел перед ними. Растаман в наколках, но 'Индия' на голове и одежда странная. У 'Годзиллы' - эмблема ЦДКА, но босой. Эльза в белой блузке с какой-то табличкой и с необычным цветом волос, Лиэль в туфлях - угрозах, а остальные вроде, как военные, но каких вот только армий? И МП-38 на столике...