Сажусь на край кровати и легко поглаживаю спину девушки. Та немного дергается, как бы скидывая мою руку.

– Уходи, - простит она, и я ее прекрасно понимаю. Поэтому молча встаю и ухожу.

POV Китнисс

Достаю очередную вещь из сумки и, обнаружив, что она не помялась, аккуратно складываю и убираю в шкаф. После вчерашнего меня еще сильно отряхивает, но я всеми силами пытаюсь забыть.

Я уже несколько часов прибираюсь в квартире, и все это время пытаюсь понять поведение Пита. С одной стороны, его история похожа на правду, но с другой мне кажется, он просто меня избегает, кажется, что я противна ему и он больше не хочет иметь со мной ничего общего. Но, с другой стороны, он разрешил остаться у него в квартире, по его словам, хоть навсегда, но Пит ведь добрая душа и никогда не оставит девушку в трудной ситуации.

Подробности вчерашнего вечера я вспоминать не очень хочу. Да, и к тому же в голове остались лишь маленькие кусочки, как это часто бывает, когда сердце бешено колотится. А тобой овладевает страх, события почти не запоминаются, чему я несказанно рада.

Я помню стук в дверь, пьяного Гейла на пороге, его почти неразборчивые слова о том, что он хочет начать все сначала, мой отказ. Дальше все очень смутно, после того, о чем я не хочу вспоминать, он угрожал, что если я еще раз вернусь в эту квартиру, очень сильно пожалею, я забираю сумку с вещами, которую так и не разобрала за год, и иду, сама не зная куда.

В дверь громко стучат, от неожиданности очередная вещь падает у меня из рук. Бэти, которая все это время вертелась у меня под ногами, на секунду мечется к ткани, но потом, с ней в зубах, бежит к двери. Смотрю на часы и, думаю о том, кто это мог бы быть в такую рань, направляюсь к двери. Собака нетерпеливо тянет меня за край брюк. Я уже надеюсь, что Пит решил вернуться, но на пороге вижу Финника и Энни.

Подруга моментально набрасывается на меня с объятиями, надо полагать, Пит все ей рассказал, а Финнику? Судя по его ошарашенному лицу, нет. Ну. И хорошо, не обязательно всему миру знать, о том, что произошло.

– Финник, зайка, погуляй с собакой, - просит Энни, за что я ей очень благодарна. Мало кого хочу видеть сейчас, и Одэйр в это число не входит.

– Ладно, - говорит недовольный парень, после того, как несколько секунд буравил девушку. Она быстро чмокает его в губы и буквально выставляет его за дверь.

– Так, а теперь идем, поговорит надо, - подруга моментально из влюбленной счастливой девочки, становится серьезной, будто всю жизнь работала психологом.

– Так, Пит говорил тебе о безумном плане Финника? – спрашивает она, когда мы сидим на кухне. Она делает глоток горячего чая, я же просто грею руки и теплую чашку.

– Да, - говорю я, припоминаю вчерашний разговор.

– Забудь, - говорит Энни. – Всего его планы – самоубийственны, я утром поговорила с Питом, и мы кое-что придумали, - говорит она, а я, пропустив последнюю фразу мимо ушей, думаю о том, почему он не позвонил мне.

В голове вертятся все те же мысли, что до прихода Энни, и я совсем запуталась. Любит ли он меня до сих пор? И не перестал ли любить после того, что произошло? Да, он написал, что любит, да, вчера он вел себя так, будто не переставал любить и надеется все время, но он мог просто притворяться. Хотя, зачем ему это? Ведь это тот Пит, которого я зала и год назад, и два, и, даже, несколько лет.

– Китнисс, - Энни пару раз щелкает пальцами перед моим лицом. Я вспоминаю, что она что-то говорила про план, который поможет мне быть с Питом.

– Да-да. Так что там надо делать?

– У тебя остались какие-то справки от врача с тех пор, как ты… с твоей беременности?

Чашка, которую я приподняла в воздух, тут же с грохотом валится на стол, падает и горячая жидкость разливается по столу, достигает края и сначала быстро, потом все в меньшем количестве, капает на пол.

Я резко отталкиваюсь от стола и вскакиваю на ноги, начиная метаться по кухне, как запертое в клетке животное, потом, внезапно ослабев, падаю на пол. Слезы начинают собираться в глаза, и я уже не в силах остановиться.

Все события с того момента, как я потеряла ребенка и до того, как Энни спросила меня о справках в секунду проносятся в голове. Наше нелепое расставание, мои не прекращаемые слезы, слезы, слезы, бесконечные истерики. А сколько Энни потратила на меня времени? Сколько она для меня сделала? И все ради чего? Ради моего абсолютно бессмысленного существования, которое никому не приносит пользы.

Сколько ночей она не спала из-за того, что я названивала ей со своими бесконечными проблемами, которые можно было бы решить, просто открыв дверь, когда приходил Пит. Сколько раз я упустила эту возможность? Пять? Десять? Думаю, гораздо больше.

Я просто порчу жить всем окружающим, в том числе и себе. Что бы я ни сделала, кому-то будет плохо. Если я звоню Энни, то только говорю о том, как мне плохо, не звоню – она переживает. Если я вместе с Питом – он никогда не станет папой, но если мы не вместе он страдает. Что же мне делать? Я чужая в этом мире.

– Я хочу домой, - буквально взвываю я. Энни, которая все это время что-то искала в ящиках и шкафчиках, подскакивает ко мне и заставляет что-то выпить. Сначала я отталкиваю ее руки, но, в конце концов, сдаюсь.