И тут раздался хруст веток. Мы притихли, задержав дыхание. И искренне надеясь, что это не что-то действительно жуткое.

Потом раздался низкий гул. Он был очень похож на гул корабля, паромы так обычно прибывают.

— Что за фигня? — спросил Томас не своим голосом.

— Чёрт, — вырвалось у меня. — Чёрт, я не хочу умереть на кладбище.

— Ты не умрёшь, — заверил меня Томас, и я невольно улыбнулась, хотя сейчас было совсем не до веселья. Это была улыбка сквозь страх и слёзы.

А гул нарастал. Внезапно задул сильный ветер, сухие листья полетели мне в лицо, и я закрыла лицо рукой.

— Бежим! — воскликнул Билли, и я, схватив Шарлотту под руку, потащила её вслед за друзьями.

Мы бежали, не зная, от чего. Мы боялись узнать, что нам грозило. С нас всех хватило той вечеринки. Чёрт, да мы теперь от чего угодно бегать могли, ведь мы уже достаточно были напуганы.

Лекса что-то бормотала, тяжело дыша.

— Что ты там говоришь? — раздражённо спросил Томас.

— Это молитва, — ответила она.

— Кому? — истерически смеясь, поинтересовался Билли. — Мне кажется, или нам уже ничто не поможет?

Внезапно гул затих, и я остановилась. А Томас продолжил бежать.

— Стой! — крикнула я.

— Почему? Сидни, нам надо…

— Оно закончилось.

Оно действительно закончилось. Ни гула, ни ветра. Ничего. Будто бы и не было этого аттракциона а-ля "почувствуй-себя-самым-тупым-героем-фильма".

Билли лихо присвистнул, глядя на трясущуюся от страха Лексу.

— Что ж, поздравляю, — проговорил он. — Похоже, твоя молитва нас спасла.

Я посмотрела вперёд. До нашей машины оставалось шагов десять, не больше. Или же…

— Чья это машина? — спросила я, и все оглянулись.

— Точно не моя, — сказал Томас. — Подожди, ты думаешь, что…

— Может, это машина того, кто во всём этом замешан! — прервала его Чарли и ринулась к ней. Я даже не успела её остановить. Иногда никакие опасности её не пугали. Наверное, это хорошо. Но в то же время это, безусловно, плохо.

Чарли подбежала к незнакомому автомобилю и уже собралась что-то выкрикнуть, но тут произошло невероятное.

Дверь открылась, и из машины вылезла Бриджет.

***

— Бри? — поперхнулась я, увидев свою новую подругу. Да, это была Бри. И она была напугана не меньше нас.

— Что вы тут делаете? — ошеломлённо спросила она.

— Нет, это ты тут что делаешь? — грозно вскрикнул Билли. — Какого чёрта, Бриджет? Как только происходит что-то из ряда вон выходящее, ты тут же оказываешься рядом! Что это значит?

— Ты серьёзно винишь меня… что? Что тут произошло?

— Вероятно, кто-то снова пытался нас убить, — ответила Шарлотта. — И тут появилась ты, какое совпадение!

— Подождите, дайте разобраться! — рассержено прикрикнула я на друзей. — Может, вы неправы!

— Сидни, ты серьёзно сейчас начнёшь её защищать? — Томас был крайне удивлён. Я посмотрела ему в глаза. Да, я не ошиблась. Сейчас он точно был настроен против меня.

Моя рука взлетела в воздух и со звоном обрушилась на его щёку.

Прости, Томми, но это были крайние меры.

— Да, Томас. Буду.

Билли захохотал, но я не стала обращать внимание на этого психа.

— Бри, почему ты здесь вообще оказалась? — как можно мягче спросила я.

— Я приехала к Джо, — твёрдо ответила она. — Вы можете подозревать меня в чём угодно, но, поверьте мне, я и так в жизни натерпелась. Кому тут действительно тяжело, так это мне! То, что я молчала об этом всю жизнь, не значит, что это не так! Я не виновата, что мой отец бросил меня и мать, и теперь я живу с отчимом, который меня ненавидит! Я не виновата, что меня заставляют хорошо учиться и сидеть дома, никуда не вылезая! Я не виновата, что первого же моего парня убили! Я во всём этом не виновата!

Я прикрыла рот ладонью. Чёрт, не такой я от неё исповеди ожидала.

— Прости, — приглушённо произнесла Лекса и подошла к ней. — Бри, прости, я…

— Не говори ничего, — оборвала её Бриджет. — Не надо извиняться, я привыкла. Просто хотела, чтобы вы знали, что мне тоже больно. Вы потеряли Хейли, я потеряла Джо. Мы в одной лодке, и я не вижу смысла разъединяться. Сейчас нам стоит держаться вместе… если вы не против.

И Лекса обняла её. Бри неуклюже похлопала её по спине. Она не ожидала этого примирения, это было видно по её большим глазам, наполненным слезами. И я готова была поставить на то, что слёзы эти были слезами радости и счастья.