— Ммм, ошень фкуфно, — пробурчала Мари с набитым ртом и как следует встряхнула головой, изгоняя дурные мысли.

Спустя пятнадцать минут она уже сидела в машине, нервно теребя в руках ремень безопасности и бросая взгляд в сторону панорамных окон первого этажа. Она чувствовала себя крайне паршиво, втихаря наблюдая за тем, как Адриан составляет посуду в раковину, а Хлоя носится вокруг, размахивая руками и, очевидно, вынося ему в очередной раз мозг. Что она вообще забыла у них дома? Маринетт злилась, до боли закусывая щеку с внутренней стороны. Ревность накрывала её волнами, разгоняя по крови неприятные ощущения, отдающиеся покалыванием даже в кончиках пальцев. Неужели это никогда не закончится? Впрочем, не она ли сама заглядывалась на Кота Нуара буквально вчера, так чем она лучше? Чушь.

Хлопок двери возвестил о приходе водителя, коим сегодня выступала её самая большая головная боль.

— Готова? Прости, что заставил ждать. Нужно было решить один вопрос.

— С Хлоей? Я даже не буду спрашивать, что она у нас забыла.

— Ну, это сложная история, — начал было Адриан, параллельно проверяя зеркала и пристегиваясь. Возможно Мари показалось, но его взгляд на секунду задержался на её голых коленках. Хотя, скорее всего, он смотрел куда-то ещё. — Не думай, что мы снова сошлись. Она просто… просто промокла насквозь и была немного не в себе, так что я уложил её у себя, а сам спал в гостевой комнате. Ну, а её вид утром… Видимо, она порылась в моем шкафу.

Маринетт на мгновение забыла как дышать, во все глаза таращась на мужчину, который прямо сейчас оправдывался перед ней? Серьезно? Ей не показалось?

— Мне не интересно, — через силу выдавила она из себя.

— Она останется у нас еще на пару дней. Её отец слишком плох, и я просто не могу выставить её на улицу. Надеюсь, что ты понимаешь.

— Погоди, отец?

— А ты не смотрела новости? Еще один несчастный случай, — со стальными нотками в голосе ответил блондин, сдвинув брови и крутанув руль в сторону ворот.

Маринетт пыталась переварить услышанную информацию, одновременно радуясь, что Хлоя в их доме лишь на правах гостя, да еще и не самого близкого, но в то же время и переживая из-за случившегося. Никто не заслуживает, чтобы их близкие оказались в больнице. Даже такая стерва, как Буржуа.

***

— Земля вызывает Маринетт! Ауу, — Алья больно ущипнула подругу, выводя ту из состояния глубокой задумчивости, в коей она пребывала большую часть уроков. Слава богу, что преподаватели были слишком заняты подготовкой к окончанию учебного года, что попросту не отрывали глаз от своих записей или выступающих у доски.

— Прости, я просто задумалась.

— Не знай я про твои сердечные дела, то решила бы, что и ты влюбилась в нашего учителя. Последние пятнадцать минут ты таращилась на него не моргая.

— Что? О боже, надеюсь он не заметил? — заволновалась девушка, выпрямляя спину.

— Не волнуйся, даже если и заметил, то наш месье Ренуа должен был уже привыкнуть, что половина школы по нему сохнет. И кому вообще пришла светлая мысль принять на работу молодого парня только после колледжа, да ещё и доверить тому выпускной класс, полный половозрелых девиц? — невозмутимо рассуждала одноклассница, на что Мари лишь сдержанно хихикнула.

— Алья, мне позарез нужна твоя помощь по одному очень важному вопросу. Только ты способна выудить стоящую информацию из того клубка мыслей, что совершенно перепутались в моей голове, — Маринетт умоляюще посмотрела на подругу.

— Да, ты права, твои мозги в последнее время совсем расплавились, так что можешь не продолжать. Алья Сезер спешит на помощь всем угнетённым и обездоленным! — Сезер важно поправила очки, плохо скрывая торжествующую улыбку. — После уроков пойдем ко мне, заодно покажу тебе материал, который я готовлю для блога. Там будет просто бомба!

Маринетт искренне надеялась, что под словом «бомба» не скрывается ничего реально взрывоопасного.

К счастью для девушек урок оказался последним, так что они поспешили убраться из школы, пока не получили какое-нибудь дополнительное задание.

Алья жила не очень далеко, а дорога к ней пролегала через цветущий в это время года парк, засаженный яблонями. Солнце слепило глаза, напоминая забывчивым путникам о необходимости солнцезащитных очков, местами всё ещё виднелись невысохшие после дождя лужи, по которым, задорно смеясь, бегали дети. Одним словом — благодать. Наслаждаясь каждым мгновением и болтая ни о чём, они оказались на месте. Поздоровавшись с довольно большой семьей Сезер, Маринетт поднялась наверх и с наслаждением плюхнулась в единственное свободное от одежды кресло.

— Не думала, что ты такая неряха, — пошутила Мари, ещё раз оглядывая возвышающиеся пирамиды вещей вокруг неё.

— Ой-ой, у меня куча младших сестер и ни одной служанки, в отличие от некоторых, — не осталась в долгу Алья, включая свой ноутбук и вращая затёкшей шеей. Маринетт не стала развивать эту тему. Ей и правда не понять, каково это — иметь большую семью. Заметив молчание подруги, Алья продолжила более серьезным тоном: — Так о какой помощи ты говорила?

Дюпен-Чен была рада возможности сменить тему и воодушевлённо приступила к рассказу о каждом несчастном случае, коими пестрили первые полосы газет третью неделю подряд. Алья внимательно слушала подругу, попутно кивая.