– Он назвался?

Юноша покрутил головой:

– Нет.

– Гм… Ладно. – Гумилев достал из кармана бумажник, вынул монету и протянул юноше. А взамен забрал букет.

Закрыв дверь, он прошел с букетом в спальню. Анна сидела перед зеркалом и расчесывала волосы.

– Кажется, это тебе, – сказал Николай и положил букет на трюмо.

Анна взглянула на белые розы и нахмурилась.

– От кого это? – спросила она.

Гумилев пожал плечами:

– Не знаю. Тут нет записки. Подумай, кто мог тебе их подарить?

– Понятия не имею.

– Тайный обожатель? – Гумилев усмехнулся. – Прелестно. Вижу, тебя нельзя надолго оставлять одну.

Анна пожала плечами:

– Я тебе давно об этом говорила. Ты совсем меня забросил.

Николай подошел к Анне, положил ей руки на плечи и сказал, обращаясь к ее отражению в зеркале:

– Не суди меня слишком строго. У меня были тут дела, ты же знаешь. Но клянусь, что в следующий приезд буду заниматься исключительно тобой.

Он наклонился и поцеловал Анну в шею. Она поежилась и с улыбкой ответила:

– Ловлю тебя на слове.

Они поцеловались. Николай снова выпрямился и хотел отойти, но Анна его удержала:

– Коля, хотела тебя спросить. Ты говорил, что Линьков спас тебя в Африке. Как это произошло?

Гумилев усмехнулся:

– Нелепый случай. Англичане отловили льва для зоопарка, усыпили его и поместили в клетку. А запереть клетку забыли. Во время погрузки лев неожиданно проснулся и раскрыл лапой дверцу. Я стоял к дверце спиной и ничего не видел. Но тут, слава богу, подоспел Линьков.

– И что он сделал? – спросила Анна с любопытством.

– То же, что на его месте сделал бы любой. Захлопнул дверцу.

Анна насмешливо вскинула брови:

– И только-то?

– А что ты еще хотела? – улыбнулся Гумилев. – Чтобы он надавал льву тумаков? Не закрой Линьков дверцу, проклятый лев растерзал бы не только меня, но и Линькова, и англичанина Джексона, и пару туземных рабочих, которые стояли тут же. Так что Андрей спас целых пять жизней, включая собственную.

– Герой! – усмехнулась Анна.

– Угу.

– Коля?

– Да?

– Какие у тебя планы на сегодня?

Лицо Гумилева стало виноватым.

– Ты знаешь, я должен встретиться с парой человек. Я не оставляю надежду найти заинтересованных людей, которые могли бы оплатить экспедицию.

– Тебе так хочется в Абиссинию? – Анна вздохнула. – Ты определенно родился не в ту эпоху.

– Ты тоже, – с улыбкой ответил Николай. – Увы, но выбирать нам не приходится.

Анна вошла в гостиничный номер Линькова и, не ответив на его приветствие, закрыла за собой дверь на замок.

Линьков был взволнован. Пока Анна проходила в комнату, он кружил вокруг нее, как огромный, упитанный мотылек, беспрерывно бормоча:

– Как хорошо, что вы пришли! Я уж и не надеялся! Такая женщина, как вы… Как это замечательно!

Анна села на диван, взглянула на Линькова и холодно сказала:

– Хватит причитать.

Андрей Иванович тут же замолчал и посмотрел на нее в некоторой растерянности.

– Сядьте, – распорядилась она.

Линьков сел на диван. Анна насмешливо взглянула на стол, уставленный вазочками с икрой, маслинами и шоколадом. Перевела взгляд на серебряное ведерко с торчащим из него бутылочным горлышком.

Линьков чуть пододвинулся. Глаза его замаслились, а улыбка приобрела странное растерянно-похабное выражение.

– Я очень рад находиться рядом с вами, – сказал он с чувством.

Анна холодно усмехнулась:

– И поэтому велели принести самое дешевое шампанское, какое только можно найти в Париже?

Линьков слегка покраснел.

– Оно не самое дешевое, – обиженно проговорил он. – Но если вы такое не любите, я немедленно распоряжусь…

Анна небрежно махнула рукой:

– Оставьте. Какая, в сущности, разница? Давайте побыстрее начнем. У меня нет сил смотреть на вашу похабную физиономию.

Линьков побагровел:

– Сударыня, если вы пришли сюда, чтобы меня оскорблять, я…

– Извините, – вновь оборвала его Анна. – Я погорячилась и в ближайшие два часа буду сдержаннее. Открывайте шампанское.