– Мне кажется, пока мы не нашли картину, вам ничего не угрожает.

– Не угрожает? – Марго даже порозовела от возмущения. – Кажется, вы уже забыли, что на меня несколько раз нападали! Несколько часов назад я отбивалась от бандита веслом!

– Но вы ведь живы, – напомнил Фил и пьяно усмехнулся (после четырех порций виски он мог позволить себе такую усмешку). – И, насколько я могу судить, здоровы. Если бы эти мерзавцы хотели вас убить, вы бы давно уже были трупом.

Румянец на щеках Марго выцвел. Она неуютно поежилась и проговорила угрюмым голосом:

– Мне не нравится это слово.

– Мне тоже, – сказал Фил и для пущей убедительности кивнул, как это часто делают подвыпившие мужчины. – Но факт остается фактом. Они изо всех сил стараются вас напугать. Но зачем? Вот в чем вопрос.

– Они хотят, чтобы я бросила искать картину, – предположила Марго.

– Возможно, – согласился Фил. – А может быть, наоборот.

– Как это? – не поняла Марго.

– Ну… – Фил пожал плечами. – Они словно подстегивают вас. Подталкивают на решительные действия, понимаете? Заставляют спешить!

– Зачем?

– Затем, чтобы вы побыстрее добрались до картины. Им не терпится покончить с этим делом. И с вами тоже. Пока вы живы, они рискуют быть разобра… разобла… ченными. Но они не могут вас ликвидировать, поскольку рассчитывают, что вы приведете их к картине. Но… – Тут Фил поднял в воздух указательный палец. – Они начинают нервничать, понимаете? Вероятно, они считают, что вы слишком долго возитесь.

Марго подумала, отпила из бокала, снова подумала и тихо проговорила:

– Значит, когда я найду картину, они меня… они меня…

– Убьют, – подсказал Фил. – Им не нужны свидетели. А вы – свидетель.

Марго несколько секунд смотрела в свой бокал, затем вдруг всхлипнула, и по щеке ее скатилась слеза.

– Я не хочу умирать, – жалобно проговорила она.

– Никто не хочет, – сказал Фил и нахмурился. – Однако время от времени люди умирают, – философски добавил он.

Марго снова всхлипнула. Фил покосился на нее и проговорил:

– Надо вас чем-нибудь отвлечь.

– Отвлеките, – сказала Марго, закрыла глаза, запрокинула голову и чуть-чуть приоткрыла губы.

– Придумал! – сказал Фил. – Я включу вам телевизор!

Он взял со стойки пульт от телевизора и переключил канал. Затем сделал звук чуть громче.

– И еще одна новость, – проговорил диктор каким-то взвинченно-восторженным голосом. – На этот раз криминальная. Сегодня днем в старом щитовом домике на окраине деревни Кустарниково был обнаружен труп известного изобретателя Георгия Павловича Вавилова. За подробностями мы обратились к следственным органам.

На экране появилось суровое лицо следователя. Журналист сунул ему в лицо микрофон и протараторил:

– Как, по-вашему, произошло убийство?

– По предварительному заключению, изобретатель Вавилов скончался от сердечного приступа. На теле убитого нами были обнаружены следы пыток. В настоящее время судмедэксперты устанавливают точную причину смерти.

– В последние годы Георгий Павлович вел жизнь затворника. Он почти ни с кем не общался. Как вы думаете, кому понадобилось убивать этого тихого, безобидного человека?

– На данный момент у следствия имеется несколько версий. Вполне вероятно, что Георгий Павлович оказался разменной монетой в чьей-то жестокой игре, ставкой в которой были миллионы и миллионы долларов.

– А каковы другие версии?

– Извините, но в интересах следствия я не уполномочен предавать их огласке.

– Выключите! – крикнула Марго. – Выключите телевизор!

Фил схватил пульт и быстро нажал на кнопку. Ведущий вечерних новостей продолжал раскрывать рот, но теперь с губ его не слетало ни звука.

– Господи… – с ужасом прошептала Марго, стискивая в пальцах бокал. – Его убили из-за меня… Я убила этого славного человека!

– Погодите с выводами, – негромко сказал Фил. – Возможно, вы здесь ни при чем.

– Да, но я… Громкость! Сделайте громкость!

Фил снова взялся за пульт.

…последняя информация об убийстве изобретателя Вавилова. Как нам стало известно, орудием пыток, а также, возможно, и орудием убийства изобретателя послужил медицинский скальпель.