Рука Кисы проскользнула вдоль моей хватки и опустилась на киску, я наблюдал, удерживая дыхание, как она касается себя. С головки моего члена упало несколько капель предэякулята, а яйца заболели от необходимости пометить мою женщину, снова взять ее, но на этот раз, зная, кем мы были друг для друга, кем она была для меня.

— Прикоснись ко мне, здесь, Рейз. Полижи меня. Соси меня вот здесь, мой клитор. Дай мне кончить на твой рот.

Мое сердце так сильно колотилось в груди от ее слов, что показалось, будто оно сейчас выскочит из моей груди. Я наклонился вперед, опустил свой рот, отводя ее руку в сторону, чтобы сделать то, о чем она просила.

Это был первый раз, когда я пробовал киску. Ее запах провоцировал меня двигаться дальше. Пальцами я развел ее губы, продолжая кружить кончиком языка по ее клитору. Киса застонала и дернулась, как только почувствовала мои прикосновения. Мой язык стал неистовым, вылизывая ее клитор снова и снова, ноги Кисы стали дрожать, а ногти царапали мои голые плечи.

— Рейз, lyubov moya, так хорошо… так хорошо… Ах!

Киса вскрикнула, когда мои губы накрыли ее клитор, посасывая, я вставил палец в ее сочащуюся дырочку, двигая им веред и назад.

Я сходил с ума. От мускусного запаха ее киски, вкуса соков, мокрого влагалища и как это ощущалось, от звуков, которые она издавала. Я стал сосать еще жестче и добавил второй палец, это заставило Кису напрячься и царапать ногтями мою кожу так сильно, что я знал, останутся кровавые следы. Киса кончила бурно, нарушая криком тихую ночь. Замедляя движения, я вынул пальцы из ее влагалища, прошелся языком по губам киски, пока она пыталась восстановить дыхание и гладила меня по волосам.

Подняв голову, навис над красивым телом Кисы, и обнял руками ее покрасневшее лицо. Она смотрела в мои глаза, пробегая тыльной стороной ладони по моей щеке:

— Ты вспомнил, lyubov moya? Ты вспомнил еще что-нибудь?

Закрыв глаза и облизнув губы, я открыл их снова, но лишь кивнул и опустил руку вниз, чтобы освободить свой член из штанов. Я был чертовски твердым, и все, что мне нужно было, — это оказаться внутри Кисы. Мне надо было услышать, как она выкрикивает мое имя.

Скользнув по ее телу, я потянул за бретельки и спустил их с плеч, ее грудь обнажилась, а твердые розовые соски так и ждали, когда я накрою их ртом. Наклонившись, я втянул правый, а потом немного поиграл рукой, неохотно оторвавшись, то же самое проделал с левым соском.

— Lyubov moya, ты нужен мне внутри меня, — простонала Киса, направив руку вниз, чтобы обернуть ее вокруг моего члена и подвигать вверх-вниз. Откинувшись назад и присев на пятки, я запрокинул голову и прошипел сквозь зубы. Мои яйца стали тяжелыми, пока она проделывала это со мной снова и снова, но когда я почувствовал влажное прикосновение к головке члена, мои глаза распахнулись, и в теле напрягся каждый мускул.

Из груди вырвалось низкое рычание, я посмотрел вниз, и увидел Кису, стоящую на четвереньках, ее поднятую вверх задницу и полные губы, которые она обернула вокруг моего члена

— Киса, — простонал я, мой голос был низким и хриплым. — Твою мать, так хорошо…

Из Кисы вырвался стон, ее спина выгнулась, она продвинулась вперед, чтобы взять мой член еще глубже в свой горячий рот, сколько смогла, пока головка не задела заднюю стенку горла. Тепло начало разливать по моему телу, вдоль бедер к коленям, и я знал, что если Киса продолжит сосать мой член, то очень скоро я кончу.

Прищурив глаза, я не поддался соблазну взять свою женщину, кончив ей в рот и заставляя глотать сперму. Вместо этого я оттолкнул ее, заметив, какими блестящими были эти полные красивые губы, насколько светящимися выглядели ее голубые глаза, когда она подняла их и посмотрела на меня с самым прекрасным выражением лица.

Слова застряли в горле, я толкнул ее на спину, чтобы она легла на одеяло. Я закрыл глаза, вспоминая себя в этом же положении много лет назад, когда нервничал и был неопытным, но чувствовал себя соединенным с Кисой, и, вспоминая, как дрожали мои руки, когда я вошел в нее и взял ее девственность.

— Малыш, посмотри на меня. Держи свои глаза открытыми, когда собираешься любить меня. В этом нет ничего плохого, только хорошее между нами, — прошептала Киса. Я сделал, как она просила, и чтобы оказаться над ее хрупким телом перенес свой вес на руки. Я надавил бедрами, чтобы протиснуться между ее ног, пока головка члена не уперлась в горячую щель.

Руки Кисы блуждали по моей спине, напрягшимся рукам, шее, волосам. Ее прикосновения почти добили меня, и когда я посмотрел сверху вниз, то все казалось правильным. Это была моя женщина, моя Киса-Анна, половинка моей души.

Опускаясь на нее и уперевшись локтями, я прошелся кончиком носа по ее щеке, вдыхая запах, затем — по волосам, останавливаясь около ее уха.

— Я помню, как взял тебя тут, на этом пляже. Помню наш первый раз. Мы были совсем юными, возможно, подростками? Я не знаю. Но я прокрался в твой дом, забрал тебя и привел сюда, в нашу бухту. Мы целовались, и это стало чем-то большим. И тогда ты спросила, стану ли я твоим, — по лицу Кисы бежали слезы, я потерся головой об ее щеку. — И я ответил, что «да».