Алекс достал из кобуры пистолет, и старался не отставать от них.

Внутреннее убранство особняка говорило не столько о хорошем вкусе хозяина, сколько об его неограниченных финансовых возможностях. Алекс, проходя через зал, декорированный в вычурном псевдобарочном стиле, неодобрительно покачал головой. Взгляд его скользнул по позолоченным завиткам, украшавшим верхушки колонн и он, с ноткой восхищения, пробормотал:

– Это как же надо воровать, чтобы так жить?

– 10 -

Шершавого трясло от злобы. Ему стоило больших усилий держать себя в руках. Даже когда он пребывал в самом благодушном настроении, что впрочем, случалось нечасто, люди в ужасе оборачивались ему вслед, а маленькие дети начинали плакать от страха. Можно было представить реакцию людей столкнувшихся на улице с разгневанным уродом. Еще чего доброго могли вызвать полицию. А это сейчас было последнее, что было нужно Шершавому.

Его героические усилия не пропали даром. К тому моменту, когда он вошел в проходную Химического завода, внешне он был полностью спокоен. Охранник, сидевший возле "вертушки" хорошо знал его грустную историю и беспрепятственно пропустил его на территорию завода. Когда Шершавый скрылся из виду он сочувственно поцокал языком, после чего брезгливо обтер руку, которой здоровался с ним, о штанину.

Проходя по заводскому двору, Шершавый ловил на себе сочувственные взгляды, попадавшихся ему на встречу людей. Те, кто был с ним знаком, здоровались, а незнакомые едва ли не шарахались в сторону.

Достигнув здания заводоуправления Шершавый облегченно вздохнул. Теперь можно и нужно было дать выход кипевшему в нем гневу, который требовал выхода. К тому времени, когда он поднялся на второй этаж, где находился кабинет директора, ему удалось вновь раздуть в себе уголь ненависти к своему обидчику. Причем, до такой степени, что Шершавому казалось, что своим взглядом полным всеиспепеляющей ненависти он может прожечь стену.

В приемной директора он неожиданно натолкнулся на ожесточенное сопротивление бдительной секретарши.

– Юрий Петрович никого не принимает и, вообще, рабочий день уже давным-давно закончился, - отчеканила она, с плохо скрываемым омерзением косясь на фигуру жуткого визитера, внешне напоминавшую обгоревшую спичку.
– Вот у вас же есть своя личная жизнь! Почему же вы считаете, что Юрий Петрович не имеет на это права?

– Милая девушка, по милости вашего разлюбезного шефа, у меня нет никакой личной жизни!
– ощерил в ухмылке свой безгубый рот Шершавый.

Он прекрасно знал, что его обнаженные десны с желтыми, растущими невпопад зубами выглядят просто омерзительно. Дав секретарше возможность вдоволь насладиться этим потрясающим зрелищем, он достал из кармана своей джинсовки небольшую пластиковую бутылку.

Это была обычная бутылка, из-под Кока Колы объемом ноль три литра, с фирменной ярко-красной этикеткой. Только вот, наполнена она была не напитком цвета жженого сахара, а какой-то прозрачной жидкостью.

Приблизившись вплотную к столу обомлевшей от ужаса девушки, Шершавый скрутил с бутылки красную крышку и небрежно поинтересовался:

– Как тебе понравится, если я слегка подпорчу твою мордашку концентрированной соляной кислотой? И станешь ты такая же красивая как я сам. Поверь, мы будем самой чудной парой в нашем гребаном городе!

Восхищение от такой заманчивой перспективы было столь велико, что секретарша не в силах справиться с обуревающими ее чувствами потеряла сознание.

Подойдя вплотную к обмякшему на кресле телу девушки, Шершавый кисло усмехнулся:

– Да, не переживай ты так! Сюрприз - это! Ну, типа, шутка!

Отхлебнув из бутылки, которой угрожал секретарше, воды он беспрепятственно зашел в кабинет директора.

Едва завидев Шершавого, Юрий Петрович Репин вскочил. При этом он неловко опрокинул кресло, на котором сидел. Оно с грохотом упало на бок. Схватив смартфон, директор принялся куда-то звонить. Но пальцы с перепугу тыкали не туда. Вдобавок ко всему, страшный визитер неожиданно выудил из-за пояса потертый пистолет Макарова. Щелкнув предохранителем, он оглушительно передернул затвор и направил ствол прямо на Юрия Петровича.

– Ну, здравствуй, директор, что не ожидал меня увидеть?
– довольный произведенным эффектом ухмыльнулся он.
– Дай-ка сюда твою тарахтелку!

Репин беспрекословно передал смартфон, который Шершавый тут же раздавил каблуком, уронив его на паркетный пол.

– Это, чтобы тебе неповадно было, звонить в компетентные органы!
– доброжелательно пояснил он, после чего добавил, - Прогуляться по родному заводу нет желания?

– Не-е-ет!
– жалобно проблеял Юрий Петрович.

– А, придется!
– вздохнул Шершавый.
– Мне польстило твое предложение поработать в качестве человека-крокодила. И теперь я загорелся желанием сам выбрать место, где будет располагаться мой террариум. Давай, не стой столбом, двигай помалу!