Шрифт:
– Лола, она не совсем человек. Вернее будет сказать - она вовсе не человек, - продолжил свой рассказ Том.
– Она - кукла! Манекен молодой жены олигарха Репина, того самого которого вы убили. Ворон оживил ее для того, чтобы с ее помощью стать полноправным хозяином Химзавода. Теперь Лола, став хозяйкой предприятия, планирует радикально переориентировать производство завода на массовый выпуск манекенов, для того чтобы...
И в этот самый момент, когда Алекс начал поднимать голову, чтобы встать прогремел оглушительный взрыв. Волной его швырнуло на асфальт, и он потерял сознание.
Когда Алекс пришел в себя, он обнаружил что Семеныч и Беззубый тащат его куда-то. Руки Алекса были бессильно закинуты им на плечи, и со стороны можно было подумать, что два бомжа тащат пьяного собутыльника.
– Стойте, я сам пойду!
– решительно заявил он.
Бомжи послушно остановились и стряхнули со своих плеч руки Алекса.
– А что с ботаником?
– поинтересовался он.
Хоттабыч, несший Геру на руках, невесело усмехнулся:
– Его разорвало пополам, ты чудом уцелел! Как мне кажется, взорвался ноутбук висевший у него на плече.
– Ну, что же, - процедил Алекс, морщась от боли в ушибленном плече, - Если Ворон, хочет войну - он ее получит!
– 37 -
Алекс отлично понимал, что в одиночку пробраться на Химзавод и устроить там разборку с Вороном и его тварями, было равносильно самоубийству. Для этого нужна было группа спецназа, как минимум из пяти человек. Вдобавок нужна была экипировка и вооружение не слабее чем у Рэмбо
Но у него не было денег на наем головорезов, ни на приобретение оружия. Единственное что у него было, так это желание спасти ни в чем не повинных граждан города Ежовска от той страшной участи, которую им уготовил сумасшедший Ворон. Для этого Алекс был готов рискнуть своей жизнью.
Еще у него были две трофейные "Беретты" и четыре запасные обоймы к ним. Магазин его верного ПМ-а был давно пуст. С таким ограниченным арсеналом идти в лоб, и брать штурмом проходную завода было, по меньшей мере, недальновидно.
В свой прошлый визит на завод, когда он пытался вырвать господина Репина из рук спятившего инвалида Шершавого, Алекс успел неплохо изучить расположение цехов. Поэтому под покровом ночной темноты, он сравнительно свободно проник на завод через забор возле заводского гаража.
Затем он пробрался в тот самый цех где, как он помнил, находилось несколько огромных емкостей с ацетоном. Около получаса ему понадобилось на то, чтобы не поднимая шума отловить всех бывших в цехе на ночной смене аппаратчиков, слесарей, электриков и инженерно-технических работников.
Он загнал их всех в помещение слесарной мастерской. После чего стянул им руки в запястьях, за спиной, капроновыми самозатягивающимися хомутиками. Обвязав всех поочередно за талию веревкой, он изобразил некое подобие вереницы не то каторжников, не то добычи жестоких работорговцев. Тщательно залепив им рты скотчем он отвел их поближе к выходу из цеха и до поры до времени привязал к перилам.
– Дамы и господа!
– произнес он проникновенным голосом.
– Приношу свои извинения за временные неудобства! Все что я с вами делаю, я делаю для вашего же блага. Дело в том, что я собираюсь взорвать весь этот цех к чертовой матери! Как только я закончу наверху я выведу вас в безопасное место. Благодарю за внимание! Надеюсь на понимание и взаимовыгодное сотрудничество. А тех, кто будет рыпаться я пристрелю!
После этого пройдя в цех, он, найденным в слесарке молотком, принялся методично колоть стеклянные трубы стеклопроводов, по которым в реакторы поступали химические реагенты. При этом его окатило горячим ацетоном.
– Твою мать, экий я неловкий!
– посетовал он, поспешно отскакивая в сторону.
Неожиданно в цех через раскрытое окно влетела стая ворон. Птицы, рассевшись на химическом оборудовании, принялись угрожающе каркать на Алекса. Но по какой-то причине они не предпринимали никаких агрессивных действий.
У Алекса было большое желание перестрелять их, и если бы не ограниченный запас патронов он именно так и поступил бы.
Он ограничился тем, что замахал на птиц руками и крикнул:
– Кыш, курицы драные! Пошли вон отсюда!
Его добрые увещевания были нагло проигнорированы. Вместо того чтобы убраться подобру-поздорову вороны подняли страшный гвалт.
Неожиданно они, словно по команде, смолкли, а после этого в окно влетел огромный черный ворон.
– Ну, вот и Аристарх, собственной персоной!
– криво ухмыльнулся Алекс.
Ворон, тем временем, неловко приземлился на массивное железное основание, на котором стояла огромная зеленая емкость с хлороформом.