Проснувшись рано утром Петр стал собираться на охоту. Целую неделю, по наказу деда Гриши, он выслеживал волчицу. Он изучал ее повадки, лежки, тропинки и сегодня решил все закончить. Сегодня он еще раз докажет, что он настоящий следопыт и охотник.

– Доброе утро: - Петр услышал за спиной голос отца: - Опять на охоту?

– Да. Сегодня пойду в «Осиновую балку». Я ее выследил. Сегодня вечером или завтра утром вернусь.

– Может Савелия с собой возьмёшь?

– Зачем? Там дело одного хорошего выстрела. Сам справлюсь.

– Ну смотри, а то я скажу Савелию, и он пойдет с тобой.

– Спасибо отец, но я сам справлюсь.

– Тогда желаю тебе удачи.

– Спасибо, удача мне сегодня нужна.

Петр вышел с имения и сразу же направился в «Осиновую балку». Он хотел сделать лежку не в низине, у болота, как это делал всегда, а на пригорке у леса, чтобы просматривать все подходы к болоту. В нужный момент спуститься на тропинку и выйти на встречу волчицы сделав один прицельный выстрел.

Придя на место, Петр выбрал удобное место для лежки. Здесь тропинка, от самого болота и почти до середины балки, просматривалась очень хорошо. На против того места где сидел Петр, был не большой пригорок, подход к которому закрывался высоким кустарником. В случае появления волчицы, хоть от болота, хоть к болоту, Петр мог не заметно спустится на тропинку и стать за пригорком в ожидании зверя.

Ближе к полудню Петр увидел, как из леса на тропинку выходит волк. Это была та самая волчица, которую Петр выслеживал уже очень долгое время.

– Сегодня она вышла совсем с другой стороны: - подумал Петр и аккуратно взяв ружье стал спускаться к тропинке.

Стоя у пригорка Петр уже предвидел всю развязку.

– Вот сейчас она поднимется на пригорок, и я выстрелю: - думал молодой граф.

Но предвкушения радости в победе не было. Какая то тревога забилась в душу, и колотящееся на весь лес сердце хотело вырваться из этой души. Петр стал на изготовку, так как вот, вот должна была на пригорке появиться волчица. Петру казалось, что он уже слышит ее дыхание и шаги лап на влажной тропинке. Тревога нарастала все сильнее и сильнее.

Когда волчица вышла на пригорок, Петр с ней столкнулся взглядом. Он увидел ее глаза, которые были бездонные и до боли грустные. Волчица остановилась, как будто бы ждала этого момента всю свою жизнь. Лучи солнца делали ее светло-серый окрас почти белым, и это еще сильнее привлекало внимание к ее необычной красоте.

Петр плавно надавил на курок, и гром выстрела, отбросив волчицу за пригорок, раскатился по округе.

– Ну вот и все: - проговорил Петр, и стал подниматься на пригорок.

Его недоумению и ужасу не было придела, когда выйдя на пригорок Петр увидел лежащее на тропинке тело Насти с кровавым пятном на груди. Некоторое время он не мог прийти в себя, но потоп бросив ружье на землю кинулся к ней.

– Нет! Настя нет!
– кричал Петр, упав перед Настей на колени.

Он приподнял ее голову целуя ее в губы, щеки, лоб, и не переставал шептать: - Как же это могло случится? Господи, за что? Прости, прости меня моя девочка.

– Как больно: - тихо пошептала Анастасия.

– Потерпи моя девочка, я тебя сейчас отнесу в имение, там отвезем тебя к доктору.

– Нет Петенька. Я знаю, что это все: - тихо, еле слышно проговорила Настя.

– Нет, не все: - Петр стал поднимать Настю, пытаясь взять ее на руки.

– Подожди: - тихо проговорила Настя, и на уголке ее губ появились капельки крови: - Послушай, мне уже не помочь. На болоте осталась моя младшая сестра. Она такая же, как и я. Ты ее не видел, но она тебя видела и знает кто ты. Не бросай ее. Одна она пропадет.

– Настенька, я сейчас тебя отнесу в имение, только потерпи немного.

– В имение мне нельзя, я не такая как все. Ты только представь себе, что будет, когда в забытье я стану волком.