Странно.

С данным невысказанным вслух выводом, сам того не ведая, согласился "доброхот".

– Хотя непонятно, конечно. Не болел, освидетельствования у медиков проходил постоянно, работенка непыльная...
– Оператор покосился на Антона и закашлялся.
– Кхе-кхе.

– Да не кашляй ты, - "разрешил" Ветров.
– Работа у нас всех здесь не особо напряженная. Правда, насчет непыльной - ляпнул не кисло. Я столько пыли и песка никогда в жизни не видел.

– Нидеррайтер что-то похожее говорил, а он по планетам попутешествовал, - ухмыльнулся механик.

В свете гибели старшего инспектора, сравнение эксу не понравилось. Но дар сделал стойку, и Антон растянул на физиономии "заинтересованный ненавязчивый смайл". Эксу стало любопытно, откуда дровишки. Механик с Нидеррайтером близко якшался? Тогда это еще страньше, как говаривала героиня одной древней сказки. Что общего у старшего инспектора службы безопасности корпорации и механика по обслуживанию погрузочной техники? Еще меньше, чем у Нидеррайтера с Ветровым, он же Уитроу. Ладно, личные отношения умершего безопасника, дело десятое, а вот вопрос пребывания Нидеррайтера на других планетах следовало выяснить. Знание-понимание настоятельно советовало.

– По планетам... попутешествовал?
– переспросил Ветров.

Механик смешался, растеряв изрядную долю привычной дебильной жизнерадостности. Очевидно, вслед за "закашлявшимся" оператором-доброхотом, до "Карлсона" дошло, что он беседует не с товарищем по цеху или собутыльником, а с сотрудником СБ корпорации. И любой разговор может неожиданно перейти в плоскость допроса. Но все же ответил:

– Да, вроде бы, на восьми или девяти планетах побывал.

– И на каких, если не секрет?

Отступать механику было некуда, и он принялся перечислять:

– На Земле, на Каледонии, на Дампнисе с Небьюлосом... на Шэдоу, кажется. На Миндао. Это если Марс не считать и Ньюланд.

На имена планет дар не отозвался. Активированное знание-понимание ничего полезного не выдало, чуйка тоже молчала. И Антон продолжил доколупываться до жизнерадостного пухляка.

– А почему Марс не считать?

– Он с Марса родом, Уго, Нидеррайтер, то есть. Мы с ним ровесники и земляки, в одном городе родились и выросли. И в одном районе, с детства друг друга знали, - пояснил "Карлсон".

– Дружили с ним?

– Нет.
– Пухляк замотал головой, словно его заподозрили в чем-то предосудительном, типа растления малолетних или публичного употребления наркотиков. Замотал так рьяно, что почудилось, именно голова выполняет у "Карлсона" функции пропеллера - После школы с ним не виделись, только тут встретились... Общались очень редко.

– Ясно.

Видя, что безопасник не отстает и сворачивать разговор не намерен, механик вспотел, наморщил лоб и выдал еще один пункт:

– Да, вспомнил, Уго еще Вулкане бывал. Когда в армии служил, там то ли полгода, то ли год провел.

Вулкан!

Бинго!

И без маякнувшей чуйки вкупе с мгновенно откликнувшимся даром Антона бы "осенило". Паззл сошелся. Вулкан. Планета пресловутого Аномального пояса. Со своей уникальной фишкой - периодическими локальными гравитационными бурями. Но главное - одна из двух планет Федерации, где есть крупные залежи воларита. И где его добывают в промышленных масштабах. А, если вспомнить, что вторая - это Лаура, то многое сразу объясняется. Ключевое слово - воларит.

Поневоле вспомнились рассказы полковника Смита о расследовании эпидемии сердечных приступов в Бюро и предположениях о связи приступов с маркерами воларита в крови исчезнувших сотрудников. Наверняка и у Нидеррайтера без остаточных следов воларита в крови не обошлось, даром, что старший инспектор на Вулкане побывал. Вероятно, на следы "демоны" и среагировали. Воларита-то за несколько лет на Лауре Антон явно нахватался капитально. Сто процентов. Он не проверял, конечно, но догадывался, что, сдав анализы, это легко подтвердит.

Если допустить, что полной информации у Чужих по персональным данным виновника "паркового инцидента" нет, но о нахождении "подозреваемого" в Сандитауне "демонам" известно, то подобная версия выглядит довольно убедительно. И знание-понимание на ней настаивает. Правда, смущало одно обстоятельство. Полковник говорил, о том, что, люди, в крови которых содержались частицы воларита, исчезали, а не умирали от сердечных приступов. По его предположениям, именно высокое содержание в организме воларита не позволяло организовать сердечный приступ с летальным исходом для носителя. Вместе с тем побывавший на Вулкане и гипотетически "пропитавшийся" там воларитом старший инспектор Нидеррайтер умер как раз от сердечного приступа, а не исчез. Однако Антон подозревал, что данное противоречие легко объясняется с точки зрения количества вещества в организме.

Тот же Смит утверждал, что чем меньше времени человек проводит на планете с месторождениями воларита, тем ниже вероятность впоследствии обнаружить маркеры в крови. Если индивид находился на планете не более месяца - воздействие воларита стопроцентно не фиксируется. От месяца до года - возможны варианты. Больше года - почти всегда следы можно выявить. При этом надо еще учитывать и дополнительные факторы - расстояние от рудников, время пребывания в изолированных помещениях, режим вентиляции, одежда и тому подобное. С учетом того, что на Вулкане атмосфере пригодна для дыхания лишь условно, и часто используются серьезные средства защиты вплоть до скафандров, а служил на аномальной планете Нидеррайтер не так долго, то дозу воларита должен получить небольшую. На грани обнаружения маркеров... человеческими средствами определения. То есть, могло быть следующее: воларит в организме Нидеррайтера содержался, но в малых количествах, и не препятствовал наступлению сердечного приступа.