На середину вышла женщина, лицо которой напугало Гарри и Гермиону до дрожи. Это была Беллатриса Лестрейндж. Он ехидно улыбнулась и, направив палочку на Гарри, напевно произнесла:

— Милый пупсик, не бойся тёти. Она тебя не обидит! Только маленечко убьёт!

— Не подходите! — воскликнул Гарри.

— А то что? Думаешь, твоя грязнокровка спасёт тебя? Смотри, пупсик, она боится меня… — усмехнулась Беллатриса и сделала маленький шажок вперёд.

Гнев застил глаза Гарри, он не сдержался и вскинул кибер-руку, посылая мысленный приказ. Что-то щёлкнуло, и в сторону удивлённо застывшей волшебницы полетела, разворачиваясь, металлическая сеть. Гарри кинулся вперёд, активируя вторую модификацию, установленную на его протез.

— Ах ты, дрянной мальчишка! — рявкнула Беллатриса, взмахом палочки разрубая сеть, и в тот же момент Гарри врезался в неё, изо всех сил, не глядя, ударив её рукой куда-то в область шеи, и кубарем покатился по полу.

— Гарри! — вскрикнула Гермиона и, подскочив к нему, схватила его за руку. Раздался хлопок аппарации. В пабе остались лишь ошалевший от произошедшего бармен и лежавшая на полу, умирающая Беллатриса Лестрейндж, в шее которой зияла огромная рваная рана.

Аппарация доставила Гермиону и Гарри к воротам фабрики «Дэрроу Индастриз», где их ждали Хью Дэрроу и Дэвид Шариф.

— Слава богу, вы вернулись! — радостно воскликнул Хью, когда они появились перед ними.

— Потом порадуемся! — рявкнула Гермиона и, схватив Дэвида, в то время как Гарри взял за руку мистера Дэрроу, в очередной аппарировала.

Гарри в бессилии облокотился на раковину. Он стоял в туалете уже больше часа, а перед глазами все еще стояла последняя картина, которую увидели его глаза перед аппарацией — кровь, толчками выплёскивающаяся из огромной рваной раны на горле Беллатрисы Лестрейндж, её трясущееся в предсмертных судорогах тело.

— Я убил её, — прошептал он и с такой силой сжал край раковины своей кибер-рукой, что он начал крошиться. Гарри посмотрел на протез с ненавистью: — И кто же я теперь? Кто? — обратился он к зеркалу. — Кто?!

— Ты не виноват, Гарри, — в туалет вошла Гермиона.

— Это мужской туалет, Гермиона, — отворачиваясь от неё, довольно резко произнес Гарри.

— Я знаю. Но я хотела поговорить с тобой.

— Я хочу побыть один.

— Ладно… — Гермиона потупила взор, резко повернулась и выскочила из туалета.

Гарри с минуту постоял молча, смотря на дверь, а потом вновь облокотился на раковину. Вдруг он поднял голову и уставился с глухой болью, плескавшейся в его глазах, в зеркало, висевшее на стене.

— Я — убийца… — прошептал он, а потом закричал: — Убийца! — и с силой ударив прямо в центр зеркала так, что оно брызнуло осколками в разные стороны, стремглав выбежал из туалета, чуть не сбив с ног стоявшую у порога и, видимо, ожидавшую его Гермиону.

* * *

— Нет, нет, это сделал он, поверьте мне, — низко кланяясь и заискивающе смотря Волдеморту в глаза, произнес бармен Том. Час назад он сам отправил сову с сообщением Тёмному лорду о том, что произошло у него в пабе. — Гарри Поттер убил Беллатрису Лестрейндж!

— Ты лжёшь… — красные, словно наполненные до краёв кровью глаза с ненавистью посмотрели на Тома. — Круцио!

— Нет, это чистая правда… — прохрипел бармен, дёргаясь в судорогах и с трудом сдерживаясь, чтобы не завыть от боли.

— Как ты смеешь врать Тёмному лорду? — прошипел Волдеморт, рывком поднимая бармена за челюсть и отбрасывая его на стойку. — Авада Кедавра!

Яркая зелёная вспышка, и безжизненное тело Тома мешком свалилось на пол, а Тёмный лорд, отвернувшись от него, опустился на одно колено перед трупом Беллатрисы Лестрейндж.

— Спи спокойно, моя верная… — прошептал он, закрывая ей веки.

— Мой лорд, каковы будут приказания? — спросил доселе молчавший Антонин Долохов, стоявший все это время у двери паба.

— Найди мне его, — ответил Волдеморт, рывком поднимаясь с пола. — Найди мне Гарри Поттера, Антонин. Он должен отплатить мне за смерть Беллатрисы. И… — он неожиданно замолчал и прошёлся по пабу.

— Да, мой лорд? — спросил Долохов.

— Позови сюда Родольфуса. Пусть он похоронит свою супругу с величайшими почестями.

— Хорошо. Я могу идти?

— Иди. Даю тебе сутки… И если ты не найдёшь мальчишку…

Антонин содрогнулся, глядя прямо в глаза Волдеморту, поклонился и вышел из паба. Оказавшись снаружи, он огляделся по сторонам и, зайдя за угол здания, аппарировал.

* * *

Гарри в одиночестве сидел в маленькой комнате, где кроме пары швабр и ведра больше ничего не было. Таких помещений в резервной штаб-квартире «Дэрроу Индастриз» было очень много, и он не сомневался, что даже если его начнут искать Гермиона или мистер Дэрроу, то пройдёт ни один час, прежде чем они все-таки найдут его. А ему нужно было побыть одному, разобраться в себе.