Безуспешно. Она впилась взглядом в массивную полоску металла, шедшую от запястья вверх по предплечью. Как ей сказали, эта штука каким-то образом подсоединялась к сознанию и активировалась мысленным приказом.

Вот только Харпер никак не удавалось заставить проклятый прибор работать. Боже, как же она устала. Весь день напролет Харпер упорно тренировалась, практикуясь с разным неизвестным оружием и пытаясь к нему привыкнуть.

Сконцентрировавшись на полоске металла, Харпер вновь взмахнула рукой.

«Активируйся», — она призналась самой себе, что ее немного пугало пользоваться оружием, способным подсоединяться к сознанию.

Ничего не произошло. Скрипнув зубами, Харпер пнула песок.

— Тарион требует более тонкого обращения, — раздался у нее за спиной низкий голос.

«Отлично», — Харпер постаралась не напрячься. Именно то, что нужно — Райден стоял здесь и видел ее провал.

— Правда? — она посмотрела на него через плечо. — Ты не кажешься мне тонким парнем.

— На арене я делаю все необходимое для победы, — выгнул он бровь.

Теперь его заявление больше не удивляло. Райден встал позади Харпер и в следующую секунду обхватил ее мускулистыми руками.

У нее участился пульс, и с очередным глубоким вдохом она уловила естественный запах пота и мужчины. Райден придвинулся ближе и прижался грудью к ее спине.

Уже очень давно никто не подходил к Харпер так близко. Она слишком долго пробыла в клетке и успела забыть, каково это — находиться рядом с кем-то. У нее перехватило дыхание. Даже перед похищением, после смерти Брианны, Харпер немногих к себе подпускала.

Оба на мгновение замерли, прежде чем Райден провел ладонями по ее рукам.

— Ты не можешь приказывать тариону, — он перевернул ее предплечье и коснулся металлической полоски. — Тебе нужно объединиться с ним. Чем упорней ты стараешься, тем меньше он тебя слушается.

Харпер сосредоточилась. Она верила, что справится.

— Ты должна расслабиться, — Райден овевал ее щеку выдохами.

У Харпер из головы улетучились все мысли. Неужели он серьезен? Райден был настолько большим и пугающим, что не оставил ей ни единого шанса расслабиться.

— Помни, здесь не задействована сила. Не напрягай мышцы.

Харпер шумно выдохнула. Было не так-то просто успокоиться, когда к спине прижималось шесть футов восемь дюймов3 жесткого мужчины. Особенно если он пах, как Райден. Харпер пробежалась взглядом по его татуировкам. Ей никогда не нравились рисунки на теле, но узоры Райдена были невероятно интересными и гармонично дополняли образ воина. И почему этот мужчина был настолько сексуальным?

— Попробуй еще раз, — приказал он.

Харпер повернула руку и снова махнула.

— Вот так, — похвалил Райден. — Представь, как перед тобой появляется щит, — его низкий голос нарисовал у нее в голове нужный образ, и в тот же миг щит активировался. Из браслета вырвался светящийся синий прямоугольник.

«Да!»

— У меня получилось, — Харпер запрокинула голову и улыбнулась.

— Да. Получилось, — на губах Райдена промелькнула едва заметная улыбка. Его взгляд опустился ко рту Харпер, где и замер.

Время словно остановилось. Воздух между телами начал накаляться. Но тогда Райден отстранился.

— Хорошо, а теперь попытайся активировать оружие щита. Он выпустит электрические импульсы, которые оглушат противника.

«Точно. Оружие. Тебе придется сражаться, помнишь?»

Харпер сделала, что ей велели. Из щита вылетел заряд энергии и врезался в песок под ногами.

— Да, — она взмахнула кулаком в победном жесте.

— Мы еще сделаем из тебя гладиатора, жительница Земли, — сказал Райден.

— На самом деле, мы называем себя землянами.

— Звучит не очень гордо.

— Я тоже всегда так считала, — она изогнула губы в улыбке.

— Какая она, Земля?

— Много воды, — Харпер почувствовала страстное и мучительное желание поплавать. — На нашей планете есть все, от ледяных полюсов до пустынь и песчаных пляжей, — она вспомнила, с какой неохотой думала об отпуске на побережье. — Я бы что угодно отдала за возможность поплавать.

Райден окинул ее взглядом.

— Ты любишь плавать.

— Люблю.

— Я тоже. Моя планета была покрыта озерами. Я плавал с раннего детства, — в его голосе сквозила надежно запертая боль, но Харпер все равно ее услышала.