Днем, когда жизнь в "городе" замирала, мы совершали небольшие вылазки для изучения местности и намечали план наших действий. В целом он сводился к тому, что бы с помощью излучателя уничтожить инкубатор, разрушить очистительную станцию, захватить одну из змей и попытаться днем, когда основная масса странников отдыхает от трудов праведных, попытаться вырваться наружу. Запасной вариант предусматривал возвращение на девятую площадку, подъем в верх и выход на хребет через уже известное нам окно.

Однако его величество случай вмешался в наши планы. Во время моего сна меня разбудил панический голос ведуньи:

– Зен, странники доставили трех пограничников. Их привязали к крепежному столбу внутри инкубатора и начали допрашивать и по моему даже пытать.

Сон как рукой сняло. Это был по моему первый случай, когда пограничники попадали живыми в плен и было нарушено негласное правило - своих не бросаем, живыми в плен не попадаем.

Вместе с Верой мы подобрались почти что к самому куполу стеклянного сооружения и теперь могли слышать, что происходит там внутри.

Действительно шел допрос. Но кроме ругани пограничники ничего не отвечали. А ругались они виртуозно, вспоминая всех предков странников до пятого колена, а так же определяя их родословную от неких животных...

Более или мене стало понятно, когда среди странников появился один человек в форме пограничника со знаками различия помощника начальника заставы. Это было предательство и наш патруль попал в засаду.

Из разговоров мы поняли, что предатель собирается возвращаться на одной из тележек в район своей заставы, где разыграет спектакль, как он раненый и изнеможенный пробирался в пустыне несколько часов после того, как на них напали странники. После того, как он возглавит отряд пограничников и поведет их к месту засады, на ослабленную заставу совершит нападение отряд наемников и дорога для вторжения странников будет открыта.

Мне только было непонятно,- или они на территории нашего королевства имели тайные подземные источники, или они научились некоторое время обходиться без своей воды? А Вера высказала предположение, что используя свои телеги они могут значительно быстрее передвигаться и совершить внезапное нападение на королевский дворец, где точно есть источник и захватить его и тем самым подорвать способность сопротивляться у остальных.

Допустить этого нельзя было ни в коем случае.

– Вера, а этот предатель он не странник? Точно? Как то в голове не очень укладывается, что человек способен на такой поступок, тем более пограничник.

– Он человек, точно.

– Ну что ж своих надо выручать, ты готова? Я сейчас рушу крышу и разбиваю центральную бочку, ты пользуясь паникой спускаешься вниз по опорному столбу и освобождаешь наших. Я сверху тебя прикрываю, потом вы пробиваетесь к змее а я подтягиваюсь туда чуть позже, когда разрушу их очистительную станцию. Если получится, прибей предателя. На рожон не лезь, если что отступи и подожди, я обязательно вмешаюсь, если что пойдет не так.

(В Древней Руси (да и сейчас еще в некоторых диалектах) рожон - "заостренный с одного конца кол, шест, рогатина". Смельчаки-охот?ники шли на медведя с выставленным перед собой колом. Напоров?шись на рожон, зверь погибал.

Развязка, роковая для медведя, в ярости и ослеплении идущего на гибель, послужила языку материалом для создания поговорки лезть на рожон. Смысл ее: "предпринимать действия, заведомо обреченные на провал, "нарываться" по своей воле на крупные неприятности". )

– И не забудь включить внешнюю связь, а то погранцы тебя не услышат. Готова? Тогда во славу Руха начинаем.

– И во славу Веды,- добавила она....

Сначала я выстрели чуть в сторону от того места, где шел допрос пограничников. Стеклянная крыша в этом месте с треском взорвалась и развалилась на мелкие кусочки, которые со свистом полетели вниз, пробивая трубы и трубочки. Внизу возникла паника, но снаружи как будто никто ничего не заметил.

Второй выстрел я направил в то место, где колона, по которой Вере предстояло спуститься вниз, служило креплением сразу для нескольких листов стекла. Они тоже с шумом обрушились на пол, ещё больше увеличивая панику среди персонала стеклянного дома.

Я стал на выбор расстреливать странников, выбирая в первую очередь тех из них, кто выделялся особой одеждой среди простых рабочих.

Жрица в это время ловко пробежала по тонкой металлической балке, перебралась на колонну и стала спускаться вниз. Я стал стрелять во все, что двигалось, расчищая место для Веры.

Пограничник предатель куда то исчез, по крайней мере я его сверху не видел, зато в поле моего зрения попали те, которые допрашивали пленных. Они то и пытались навести порядок и организовать хоть какое нибудь сопротивление, показывая вверх на меня. К счастью ведунью они не видели. Прежде чем что то смогло организоваться и к месту нашего нападения стала прибывать вооруженная охрана, мне удалось пристрелить или по крайней мере ранить двоих из трех странников. Убедившись, что Вера оказалась на земле, я из излучателя произвел несколько выстрелов в большую бочку и те несколько маленьких, которые видел со своего места на крыше.