========== Предвестье Всадника ==========

Осада крепости Агоф оказалась затяжным мероприятием. Маг-одиночка по имени Бенуэс, действительно продливший контракт на этот год, сделал крепостные стены неуязвимыми, точно как в Гессе. Чтобы разрушить такую защиту, атакующим магам пришлось бы сперва догадаться, что именно он придумал, чтобы стены не разваливались от выстрелов катапульт, а потом выдумать нечто такое, от чего они непременно развалятся. Но владыка Ниера и не хотел пока разрушать крепость, надеясь, что новая команда магов что-нибудь предпримет, чтобы ему получить это сооружение в сохранности.

Он рассказал, что война за эту территорию велась весь прошлый год с переменным успехом. Маги, нанятые обеими сторонами, оказались примерно равны по силам, и войско Ниера то осаждало замок, то откатывалось назад, будучи разбитым. С началом перемирия Ниер снова устроил военный лагерь под стенами Агофа, и теперь с пригорка, где расположились маги и командование всадников, хорошо различались фигурки агофских крестьян и солдат, суетящихся вокруг крепости, проверяя, все ли готово. Война должна была начаться завтра.

Арвент с любопытством разглядывал полевой лагерь. Для него все это было в новинку: сборные шатры, костры, котлы, булькающие над ними, множество снующих повсюду людей и фыркающих животных. Здесь, возле палатки магов на холме, было потише, но вот внизу, где расположилось основное войско, просто каша кипела.

Отряд всадников, сопровождающий магов, прибыл из Ниертойна только сегодня утром. Новичкам прежде не доводилось ездить верхом на тамелгах, верховых чудовищах всадников. Удержаться на горбатой спине этого зверя оказывалось возможным только в специальном креслице с низкой спинкой, установка которого являлась отдельной наукой, требующей большой сноровки; а чтобы забраться наверх, приходилось преодолеть три ступеньки веревочной лестницы. Тамелг обладал устрашающей внешностью, длинными и мощными когтистыми лапами, массивными челюстями с торчащими наружу клыками. Но при всем этом выяснилось, что ход тамелга удивительно плавный, и верховой поход не вызвал затруднений даже у новобранцев.

Сейчас целое стадо этих монстров рыскало внизу по долине вместе с мелкими кряжистыми сорфи, тягловыми животными. Эти низенькие круглобокие звери использовались для того, чтобы тянуть повозки с тяжелым грузом. Двигались они медленно, – хороший пешеход налегке без труда обгонял караван, – но зато без устали могли тащить невероятную тяжесть.

Кое-кто утверждал, что оба вида, несмотря на внешнее различие, состоят в родстве. Но очевидным сходством между тамелгом и сорфи были разве что клыки и когти, да еще привычка ковыряться в земле и способность поедать любые пищевые отходы.

Маги собрались кучкой у костра, на котором готовилось что-то аппетитное. Все они уже надели свои алые плащи, униформу, выделяющую их в этой серой толпе. Собственно, не совсем плащи, скорее, накидки, спереди и сзади до середины бедра, по бокам – до локтя. Неподалеку, у соседнего шатра, так же ярко сияли длинные бирюзовые плащи, которыми обозначали себя всадники, высшее военное сословие. А вот людей низшего сословия оказалось удивительно мало. Арвент предполагал, что каждый из всадников привезет собственную прислугу, и в итоге их окажется больше, чем знати, но вышло иначе. Но и небольшое количество этих строгих, деловитых, породистых слуг легко справлялось со всеми хозяйственными хлопотами в лагере. Один из таких сейчас с важным видом помешивал варево в котле, сидя рядом с магами.

А еще вокруг суетилось огромное количество существ, которое принято было называть народом, но всадники порой именовали их скотом, и Арвенту это даже не казалось грубостью. Удачный термин «вырожденные» еще не прижился в обиходе, но все чаще использовался магами. Все как на подбор высокие, мускулистые, с низкими лбами, с плоскими лицами, пригодными для выражения лишь самых примитивных эмоций. Лишенные воображения, неспособные представить себе смерть, пока она самолично за ними не явится, они становились идеальными солдатами. Сейчас они собирались группами возле костров, готовили на них похлебку и отвар карры, громко и дружно ржали над какими-то глупыми шутками, баловались с оружием.

Вооружение у этой армии было самое примитивное. Иногда мечи и кинжалы, сделанные как попало подмастерьями кузнецов, часто ломающиеся, иззубренные и обычно тупые. А куда чаще – просто дубины, которыми эти существа владели лучше чего-то другого. Иногда в качестве оружия использовались сельскохозяйственные инструменты или какие-нибудь эксперименты оружейников, и никого не волновало, что не умеющие с ними управиться солдаты калечили своих соратников или самих себя. Немного более приличными были луки, не настолько, конечно, хорошие, как у всадников, но вполне убийственные.

На эту грубую толпу Арвент смотрел с любопытством, гадливостью и некоторым смущением. Это маги послужили причиной их появления; все дело было в отваре карры, чей дразнящий запах поднимался над лагерем. Ужасно аппетитный, свежий аромат, так и подталкивающий зачерпнуть из котла кружечку и просто попробовать. Но никто из высшего или низшего сословия не поддавался этому соблазну.

Отец рассказывал Арвенту историю расцвета и падения империи, пусть многие подробности и потерялись в веках. Началась она с того, что кто-то нашел способ приготовить порошок из травы каюсса, росшей по берегам великой реки, а последствия лежали сейчас перед юношей, как на ладони, заставляя вспомнить слышанные в детстве рассказы.