– Да ну тебя! Опять со своими глупостями, – в притворном негодовании замахнулась на него девушка. – И сколько раз тебе говорить - не называй меня «Ленок»! Терпеть не могу этого обращения.

– Ладно, ладно, не буду, - посмеиваясь, прикрылся ладонями Пат.

– Это все пустые слова, Патрик, - вмешался в разговор Ликамбо. – Ты меня знаешь, я шуток не понимаю. Все, что ты сказал – не причина для такого серьезного решения, как внесение своего имени в списки межзвездных переселенцев.

Черные глаза Ликамбо смотрели пристально и серьезно.

– Причина? – Пат поднял брови. – Не занудствуй, Ликамбо. Ты совсем не изменился со школы, все такой же непонимающий. Разве простого желания недостаточно?

– А ты все такой же любитель пустой болтовни, - спокойно парировал Ликамбо.
– Желание может в один прекрасный момент испариться, и что тогда? Должна быть цель, Пат, причина.

– У тебя, конечно, она есть?

Патрик скрестил руки на груди, готовясь к одному из многочисленных споров с темнокожим метисом. На незнакомых с ним людей двухметровый мускулистый Ликамбо производил впечатление не слишком обремененного мозгами человека, но только до тех пор, пока не открывал рот. Еще в детстве ему нередко случалось ставить в тупик своими рассуждениями и вопросами преподавателей в школе, и они все наперебой прочили ему блестящую карьеру каждый в своей области. Но Ликамбо привел в изумление учителей и в отчаяние родителей, когда после окончания школы поступил в полицейское училище. Естественно, что для этого была причина.

– У меня она есть, - все так же спокойно подтвердил Ликамбо. – Людям понадобиться помощь по охране поселения и их жизней от опасностей чужого мира. И от самих людей.

– Ага, - сузил глаза Патрик.
– Ты, значит, альтруист? И ничего личного?

– Мои личные мотивы – это мои личные мотивы. Конечно, они тоже присутствуют, но я не собираюсь делать из них предмет шуток, хотя бы и для друзей.

Гладко выбритые щеки Патрика заалели, а наблюдающие за разговором Елена и Александр тревожно переглянулись. Конечно, ссорились эти двое крайне редко, какими бы резкими не были их выпады друг против друга, но тем более не следовало этого допускать перед предстоящими событиями.

– Уже поздно, мне пора, - нарочито громко произнесла Елена.

– Сейчас вызову такси, - Александр поправил наушник томофона, собираясь набрать код вызова.

– Зачем такси? Я сам вас отвезу.

Патрик направился к флаеру, но Елена отрицательно мотнула головой.

– Не стоит, Пат. Нет, правда. Алекс меня отвезет.

– Ну, ладно, - пожал плечами тот. – Как скажешь. Тогда возьмите мой флайчик. Алекс, держи код-карту.

– А ты сам как же завтра?
– Гарсиа ловко поймал брошенную ему миниатюрную прозрачную пластинку с крапинками микросхем внутри.

– Отец подвезет. Нам же все равно в одно место.

– Уговорил. Коды на управлении не менял?

– Нет.

– Так, может, отправить его потом сюда автопилотом? Какой тут код?

– Лучше забрось на институтскую стоянку.

– Сделаю, - кивнул Александр. – Ликамбо, полетели!

Патрик посмотрел, как машина поднялась в воздух, пролетела над верхушками деревьев, заставив затрепетать бурые листья на ветках, и мгновенно уменьшившись до размера булавочной головки, ушла в направлении города. Он щелкнул по кнопке таймера, в наушнике прозвучал сигнал точного времени - «Три часа семнадцать минут по земному времени». Патрик вздохнул. На сон оставалось менее трех часов. Опять по утру придется глотать стимуляторы. Суета, суета.

Кабина лифта остановилась, и Патрик, стараясь не шуметь,вошел в гостиную. Отец с матерью, уже, наверное, спят.

– Явился, наконец. Свет!

Просторная круглая комната, занимающая весь второй этаж, осветилась. Голос, произнесший эти слова, и их тон заставили Патрика остановиться. Он удивленно повернул голову к креслу напротив визора, в котором с недовольным выражением на лице сидел отец – невысокий полноватый мужчина с густой шевелюрой седых волос. В рядом стоящем кресле, страдальчески сцепив руки под подбородком и подобрав ноги, сидела мать.

– Вы еще не спите? – Пат поднял брови.

– Как видишь, - постукивая пальцами о подлокотники, произнесотец.

– Что-то случилось? – насторожился Патрик.

– Случилось?! – отец порывисто вскочил с кресла, домашняя туфля сорвалась с правой ноги и шлепнулась на пол. Седые брови гневно сдвинулись, голубые глаза под ними метали молнии. – Он еще спрашивает! Где ты сегодня был?!

Патрик недоуменно уставился сверху вниз на отца.

– Где я был? Вообще-то я уже достаточно взрослый для того, чтобы не отвечать на твой вопрос, но, так и быть, отвечу. С утра – в лаборатории, а потом мы с Еленой, Алексом и Ликамбо отметили мой день рождения в «Венерианской медузе». Это все, что ты хотел знать?

– Не делай из меня флирша!

– Разве я сказал что-то оскорбительное, отец? Я действительно не понимаю.

– Не понимаешь? Хорошо, тогда так. Сегодня в пятнадцать двадцать три по земному времени твое имя было внесено в регистрационные списки Корпорации Межзвездных Поселенцев. Что это значит? Куда это ты собрался?

Патрик смотрел на отца, не зная, что сказать. Действительно, сегодня он вместе с друзьями побывал в этом громадном, внушающем почтение здании, что высилось в самом центре города. Они прошли предварительную регистрацию, и их имена попали в большой список тех, кто изъявил желание через четыре месяца покинуть Землю. Покинуть её с тем, чтобы отправиться в длительное путешествие, за пределы Солнечной системы, и на далекой Элавии основать первое поселение землян. Все предварительные исследования этой планеты уже давно были проведены роботами-разведчиками, различными ведомствами оценены перспективы по разработке природных ресурсов, и теперь Правительство решилось на окончательный шаг – заселение. Патрик до самого последнего момента, когда уже нельзя будет ничего изменить, не хотел говорить родителям о своем решении, справедливо полагая, что оно им не понравится. Но, как оказалось, отец уже все знал. Отпираться не было смысла.