'Внимание!

Эмоциональное состояние организма низкое.

Параметр Дух уменьшен'

Не успел я заснуть, как система прислала уведомление о штрафе. Перейдя в соответствующее окно, я обнаружил, что Дух снизился на один пункт, имея теперь значение в шестьдесят две единицы.

'Кашкин Алексей Викторович

Возраст 19 ( 348/365)

Статус: Ограниченное возрождение

– ----------------

Свободные очки: 2

Сила: 1

Ловкость: 1

Интеллект: 2

Мудрость: 33

– --------------

Дух: 62/100

Голод: 100/100

– --------------

Здоровье: 10/10

Выносливость: 10/10

Мана: 330/330

– -------------

Заклинание: Воскрешение (ур.2)

Заклинание: Надгробие (ур.1)

– -------------

Пазлы навыка: Владение ножом 3/100

Пазлы навыка: Критический урон 1/100'

Поделать со случившимся ничего было нельзя, так что я лишь ругнулся сквозь зубы, перевернувшись на другой бок. Сон одолевавший меня еще минуту назад куда-то исчез, в голове появилась 'звенящая' пустота и ясность сознания.

'-Да что за нафиг то, а?!' - мысленно возмутился я.

Прямая взаимосвязь между состоянием организма, моральной усталостью и снижением параметра Дух была очевидной. Я и до сегодняшнего вечера знал, что это так, но только после того, как получил штраф от системы, убедился в этом окончательно.

Намеренья заняться спортом и вести здоровый образ жизни теперь обретали не рекомендательный, а обязательный статус. Зайдя вновь в интерфейс, я передвинул будильник еще на полчаса. Утренняя зарядка, от выполнения которой я успешно уклонялся всю свою жизнь, требовала, как минимум двадцати минут времени.

'-Теперь точно все', - почувствовав, что проваливаюсь в сон, я облегченно выдохнул.

Ночная побудка, которую я из принципа продолжал именовать утренней, не принесла мне ни облегчения, ни бодрости. Тем не менее, я заставил сам себя помахать руками, поприседать и даже отжаться несколько раз от пола. Чайник, поставленный на кухне, известил меня о том, что вода вскипела. Я воспользовался подвернувшимся поводом и прекратил 'издевательства', мысленно обещая себе, что завтрашняя зарядка будет более насыщенная.

Жигули уже стояли у подъезда, бородатый водила каким-то образом вычислил, где я живу. Жизнерадостный треп с характерным акцентом не смог пробиться сквозь повторно навалившуюся дрему, и я проспал всю дорогу, чем кажется слегка обидел неунывающего извозчика.

– Сегодня как обычно, да?
– тем не менее уточнил он на прощание, сумев скрыть в голосе свое недовольство.

Рабочий день прошел без происшествий, отработав вначале восемь часов в режиме труп в две минуты, вторую восьмичасовку я провел Возрождая ежеминутно. Разговаривать с вернувшимися к жизни, как и выгонять любопытных из морга, сегодня у меня не было никакого желания. Переходя от стола к столу, я касался изголовий трупов через ткань, имитируя возложение 'длани' и маскируя истинный способ активации заклинания. Зачем я все это делал, я не знал, действуя скорее ради развлечения собственного я. Мне так хотелось и я не видел причин отказывать самому себе в подобной малости.

В конце рабочего дня в морг заявились Свободнорожденные, четверо мужчин, судя по всему ни разу еще не умиравшие. Они простояли у выхода почти четверть часа, пристально за мной наблюдая. Молча, так же как и вошли, они покинули подвал, и только после их ухода я почувствовал, как расслабляется мое напрягшееся тело.

'-И что ходят, а?' - буркнул я мысленно, выражая переполняющие меня чувства тревоги и опасения.

– Эй ты, иди сюда, - стоило покинуть морг и подняться на первый этаж, как один из тех четверых, что спускались в морг, меня окликнул.

– Что надо!?
– подойдя, я вопросительно уставился на него.

Удара в лицо, которого я ждал, не последовало. Мужчина лишь хмыкнул на мое поведение, после чего открыл дверь, возле которой стоял.

– Проходи, с тобой хотят поговорить, - пояснил он, поторапливая мою нерешительность.

Пройдя в комнату, когда-то служившую приемной врача, а сейчас больше похожую на кабинет, я остановился, повинуясь взмаху охранника. Здоровый, с дебиловатым выражением и мощными руками, он преграждал подступы к столу, за которым сидел еще один человек. Сидевший в кресле, он не сильно отличался от охранника, разве что лицо несло следы ума и жесткости.