— Что-то забыл сказать?

— Спасибо, — неуверенно ответил Стив. — Ты правда уже дома?

— Да.

— Охренеть.

— Это магия, детка, — усмехнулась она, — иногда очень полезная штука.

Он молчал, она тоже, черт испарился, оставив ее одну, и Стефани тихо забралась в постель, закутавшись в одеяло.

— Стеф?

— А?

— Вчера правда ничего не было?

— Я тебе уже рассказала все, что было.

— Я понял.

Опять стало тихо, она прикусила губу, вспоминая его сонные объятия, такие нежные…

— Стив?

— Что?

— Ты не передумал?

— По поводу?

— Ты знаешь, по какому поводу.

Он молчал бесконечную секунду, в течение которой Стефани не дышала, отчаянно борясь с неубиваемой надеждой. Она знала, что он скажет, но глупая надежда заставляла верить в чудо…

— Нет.

…и разочаровываться. Каждый раз, снова и снова. И к этой боли было невозможно притерпеться, она пронзала каждый раз внезапно и неожиданно, даже если сердце готовилось и сжималось заранее. Ошеломляющая боль, разбивающая на куски и заставляющая собирать себя заново, раз за разом. "Господи, да сколько можно? Я не хочу быть пазлом, я хочу быть картиной"

Она очень постаралась взять себя в руки и мертвым голосом прошептала:

— Ладно.

Стивен медленно тяжко вздохнул и тихо сказал виноватым, но непреклонным тоном:

— Спасибо за помощь, и за песню тоже, но давай в будущем обойдемся без этого, хорошо?

Еще одно титаническое усилие и тихий шепот:

— Ладно.

— Пока.

— Пока.

Она скорее нажала отбой и отбросила телефон, как ядовитое насекомое, завернулась в одеяло с головой и покрепче сцепила зубы, стараясь плакать тихо.

"Переживу. Я это переживу, это не первый раз, и наверное, не последний. Я сильная и крепкая. И умею собирать себя из осколков так качественно, что становлюсь почти как новая.

Почти. Почти.

Боже, дай мне сил…"

Проснувшись в темноте, она не сразу поняла, почему вдруг встала и сколько вообще времени, а взглянув на экран мобильного, недоверчиво потерла глаза — он показывал два часа ночи.

"Я проспала целые сутки? Нифига себе…"

Минуту посидев на кровати с телефоном в руках, Стефани почувствовала легкое головокружение и решила прилечь еще на минуточку, тем более, что причины вставать не было — ночь на улице. В расслабленном сознании потихоньку всплывали из памяти вчерашние события, и она поняла, почему умудрилась столько продрыхнуть — сил много потратила. И по-хорошему, надо бы съездить на перевал и встретить рассвет, вот только на это тоже нужны силы, а их по-прежнему маловато даже для того, чтобы встать и пройтись два шага до туалета.

Повалявшись еще несколько минут, она немного изменила мнение и в туалет все-таки сходила, а когда вернулась в постель, поняла, что здорово проголодалась. Окончательно распрощавшись с одеялом, Стефани набросила халат, взяла ноутбук и тихонько спустилась на кухню. Пошуршала в холодильнике, соорудила себе огромный бутерброд и заварила чай. Забралась с ногами на кухонный диванчик, включила ноут и зашла в интернет — что там случилось в мире за выпавшие из жизни сутки?

Мир особенно не изменился — писем никто не писал, война не началась, сайт сериала новых новостей не выложил. Странно. Хотя, сейчас выходные и вообще рабочий день еще не начался… скучно. Она немного подумала и с истеричной нервной усмешкой запустила "Серебряные струны", с самого начала.

"Я помню, что ты просил их не смотреть, дружище, но если честно — мне уже терять нечего."

Устроившись поудобнее, она закуталась в халат и обняла чашку с чаем, по-новому глядя на знакомые лица на экране. Стивен, чуть младше и чуть неопытнее, его яркая "блондинка с…", Эшли, с другим цветом волос и тонкими губами… все такие непривычные и странные.

Она еще помнила сюжет, поэтому особенно не вслушивалась в диалоги, больше следя за лицами, особенно за лицом Стивена.

"Ты так восхитительно играешь, друг мой… интересно, что ты представлял, когда смотрел на нее? Это первая серия, твой герой ее еще не любит, он эгоистичная сволочь, которая плюет на весь мир и парится только своими проблемами. К концу сезона все изменится."

Она остановила видео и открыла предпоследнюю серию первого сезона, наугад проклацала полсерии, нашла Стивена и его блондинку, включила… удовлетворенно усмехнулась и откинулась на спинку дивана — это именно то, что она искала. Любовь-слезы-страдания, романтика и сахарные сопли льются ведрами, фальшивая страсть в горячих взглядах… но он так круто изображает эту страсть, что ему невольно веришь.

"Я же знаю, что это все ненастоящее. Почему так сжимается сердце каждый раз, когда он смотрит в камеру? Что он представляет, из каких глубин памяти он достает те эмоции, которые демонстрирует? Кто причинил ему такую боль, что даже одна память о ней пронзает, прорываясь сквозь время?"