Рид снова ко мне подошел и вдохнул запах моих волос. Он отступает от меня, и его лицо бледнеет. Он начинает говорить с Зефиром на ангельском, и Булочка задыхается, она роняет телефон, который до этого держала в руках, подбегает ко мне и вдыхает запах. Когда отступает от меня, ее глаза наполняются слезами. Ни произнеся не слова, она поворачивается к двери и начинает уходить. Прежде чем она успевает выйти из комнаты, Зефир подбегает к ней и заключает в свои объятия. Она что-то прерывисто говорит ему на ангельском, а Зефир поднимает ее на руки ч что-то шепчет ей на ухо.

Их реакция на мои слова, пугает меня больше, чем все остальное за сегодняшний день. Как будто они только что узнали худшие вести за всю свою жизнь.

— Это тот, кого мы знаем? — спрашивает Рида Зефир.

— Я не…. У меня с ними мало опыта. А у тебя?

— Немного, — слабо говорит Рид. — Нам понадобиться магия, мощная и древняя… некоторые люди обладают этими знаниями — Бедуины, нам понадобиться кто-то, кто владеет этими знаниями…, - дальше он произносит на ангельском, видимо потому, что это невозможно перевести на английский. — Или может быть Ундины….

— Ты хочешь привлечь к этому призрака? — спрашивает Зефир, в то время как его хмурый взгляд становиться мрачным.

— У Ундинов есть природная защита от Ифритов — все это имеет смысл, — мрачно отвечает Рид.

— Что такое Ифриты? — влезая в их разговор спрашиваю я.

Мой вопрос был встречен тишиной и нагло проигнорирован.

— У тебя есть кто-то на примете? У тебя есть какие-нибудь дела с Ундинами? — спрашивает Зефир.

Я хочу спросить, что такое Ундина, но сдерживаюсь, потому что они работают над нашей проблемой, и я не хочу прерывать их мысленный процесс.

— Да, — с неохотой признает Рид.

Глаза Зефира расширяются, но он ничего не говорит. Когда я смотрю на Рида, он выглядит немного смущенным и краснеет.

— Как бы озвучить вашу идею о недавнем…

Увидев на полу телефон Булочки, я поднимаю его и возвращаю ей. Когда я пытаюсь ей его вручить, она не берет его у меня.

— Булочка, разве ты не собиралась позвонить своим знакомым? — глядя на нее, мягко спрашиваю я, в то время как она прижимается щекой к груди Зефира.

Она в шоке отрицательно качает головой.

— Она не может привлечь Жнецов, — нежно говорит Рид, забирая телефон Булочки из моих рук и ложа его на стол.

— Почему нет? — спрашиваю я.

— Это для них небезопасно, — отвечает он.

— Небезопасно? — говорю я, как будто это иностранное слово, которое не имеет для меня никакого смысла.

У меня голова идет кругом. Только минуту назад Булочка говорила, что Жнецы могут надрать задницы Падшим, а теперь это для них не безопасно.

— Их по-прежнему очень сложно найти, — продолжает Зефир. — Мы должны с осторожностью выбирать того, кто пойдет. Если они согласятся, им придется работать в команде, принимать меры предосторожности и применять альтернативные методы. Следует посоветоваться с Доминионами, потому что в этом районе от такой угрозы никто не застрахован.

Никто не застрахован? — и эти слова я слышу от самого могущественного существа во вселенной и за ее приделами.

— Черт, да кто же такие эти Ифриты? — требовательно спрашиваю я. — Я была убеждена что ангелы самые могущественные существа в округе, но ты говоришь так, как будто эти Ифриты непобедимы.

Рид выглядит напряженным, но говорит:

— Они не непобедимы Эви, но они наделены силой, которая мешает нам убить их. Их кожа практически непроницаема, потому власть и сила для них ничего не значат. На это есть свои причины. Они ангелы охотники — ангелы асассины. Они были созданы для уничтожения Падших, и они очень в этом преуспели. Но они возгордились этим… стали недовольны и перестали охотится только за Падшими. Теперь они всех ангелов считают угрозой — угрозой для них.

— Почему? — шепчу я, чувствуя, как тону.

— Кто знает. Может они не любят конкуренцию. Хотя у них тоже есть свои слабости.

— Что может их убить? — спрашиваю я.

— Магия, — с абсолютной серьезностью отвечает Рид. Я хочу рассмеяться и представить, что он пошутил, когда сказал «Магия». Само слово «Магия» вызывает во мне желание закатить глаза. — Вероятно это скорее относится к одному Ифриту, обычно принцы не работают вместе — они не социализированные существа, — продолжает он, не замечая полной нереальности всей этой ситуации.

— Принцы? — повторяю я, уцепившись за это слово.

— Принцы — единственные оставшиеся Ифриты. Самые могущественные прозвали себя монархами — королями. Большую часть Ифритов нам удалось уничтожить, но членов королевской семьи так просто не убьешь. Теперь у них есть договоренность с Падшими, и когда это выгодно Ифритам, они работают вместе.

— Враг моего врага — мой друг, — шепчу я сама себе.

— Да, — соглашается Рид. — Падшие могут попросить Ифритов участвовать в поисках, но тогда все это примет уже другой оборот.