Шрифт:
Я прошла по коридору и оказалась у выхода к задней части школы. Слева располагалась парковка для учителей и стадион, справа теннисные корты. Посредине была большая поляна, на которой все и обедали в теплое время года.
Лиза со своими подружками сидела на другом краю под деревом.
Я решительно распахнула двери пошла прямо к ней.
Я не видела перед собой никого, только свою цель. Ладони сжались в кулаки, ногти впились в кожу, но я ничего не чувствовала, кроме гнева, который жег мне грудь. Адреналин бушевал в крови.
Я на ходу стянула с себя пиджак и бросила на землю. Расстегнула манжеты на рубашке и закатала рукава. Я набью этой тупой суке морду! Я наяву представила над собой грозовую тучу, так как почувствовала множество взглядов на себе. Ураган Невада приближается. Тебе не убежать, Сандерс!
– Встань!
– приказала я, когда подошла.
Она не ожидала увидеть меня так скоро, испуганно взглянула на меня и встала. Я наверно первый раз взглянула на нее оценивающе - она была худее и выше меня, но, похоже, мы были в одной весовой категории.
Она быстро взяла себя в руки и мерзко улыбнулась:
– Понравился подарочек?
Вместо ответа я схватила ее за гриву волос и потянула вниз. Она вскрикнула, ей пришлось присесть, чтоб я не выдрала ей волосы.
Венди и Эйприл кинулись ко мне.
– Отошли, суки, иначе я выдерну все космы вашей подружке!
– злобно крикнула я.
Они подняли руки и отошли.
Лиза воспользовалась заминкой, поднырнула мне под руку, ударила в бок. Я выпустила ее волосы.
Она кинулась бежать. Я за ней.
Я прыгнула на нее, и мы упали на землю. Я подмяла ее под себя, перевернув на живот. Вывернула ей руки за спину.
– Лежать, дрянь!
– сквозь зубы прошипела я, склонившись над ее ухом.
Она взвизгнула в ответ, потому что я еще сильнее вывернула ей руки.
– А теперь слушай меня, тупая сука. Еще раз ты сделаешь хоть шаг в мою сторону или сторону моих друзей, я клянусь придушу тебя твоими же волосами! Медленно и с наслаждением!
– Сзади!
– крикнул кто-то из толпы, которая уже собралась вокруг.
Я по инерции обернулась. Эйприл подкрадывалась ко мне.
Черт! Лиза опять воспользовалась этим и освободила руки. Я спрыгнула с нее, потому что Эйприл собиралась кинуться.
Тогда Лиза бросилась ко мне и вцепилась в воротник рубашки.
В этот момент нас стали разнимать. Оуэн оттаскивал Лизу, меня Тайлер.
– Нэв, сюда идет директор!
– Тай оторвал меня от земли за талию и понес в сторону.
Я сразу обмякла. Он посадил меня под дерево и сел рядом. Как раз в этот момент пришел мистер Скотт.
– Беннет! Сандерс! Ко мне в кабинет!
– рявкнул он, развернулся и пошел обратно.
Я посмотрела на Лизу, она злобно пялилась на меня и вытирала платком кровь со щеки. Рядом стоял Арчи и что-то ей говорил.
Тайлер вытащил мне платок.
– У тебя тоже кровь, - сказал он и аккуратно промокнул мне шею.
Видимо, когда она вцепилась мне в воротник поцарапала своими когтями.
Я решительно встала, Лиза испуганно отскочила на метр, но я прошла мимо, направляясь в здание.
– 16 -
Мистер Скотт стоял спиной к нам и молчал. О, это излюбленная тактика директоров, так они заставляют тебя нервничать еще больше. Если, конечно, у тебя уже нет к этому иммунитета. У меня он был. Я сидела и сверлила взглядом ему спину.
Лиза изучала потолок, по тому, как она подергивала ногой, закинутой на другую ногу, было понятно, что она нервничает. Хоть и не хотела этого показать.
– Мистер Скотт, мы уже здесь, - напомнила я о нас. Мне хотелось покончить с этим как можно скорее.
– Ах да, - он резко повернулся и уселся за свой стол.
– Ну и кто мне объяснит, что это такое было?
– Она напала на меня!
– выкрикнула Лиза и указала на поцарапанную щеку.
– Почему?
– спросил директор.
– Я не знаю! Она псих!
Я закатила глаза.
– Мисс Беннет, объясните мне, пожалуйста, зачем вы напали на мисс Сандерс.
Я краем глаза увидела выражение лица Лизы, на нем было превосходство, как будто она была уверена, что ей-то уж точно ничего не будет. Я вспомнила ту надпись на своем шкафчике, которую мне пришлось оттирать. Тогда я надеялась, что мое молчание даст шанс на честную игру. Но Лиза не знала, что это такое. Я устала терпеть и молчать. Порой мне казалось, что я выстою, выдержу этот год. Но больше не могу, не хочу молчаливо сносить идиотские выходки избалованной куклы. В конце концов я никогда не отличалась особенным терпением.