А мне хотелось его поцеловать. Ах, я становлюсь влюбленной дурочкой!

И тут меня словно током ударило: да я ведь и вправду влюбилась!

– Я пойду, - выпалила я, - пока!

Он не успел мне ничего ответить, я уже захлопнула дверцу и поспешила к дому. Захлопнув дверь своей комнаты, я села на пол. Вот это угораздило меня! Я не знала, что думать, мысли скакали в голове, ни за одну я не могла уцепиться. Руки начали мелко дрожать от нервного напряжения.

И что мне теперь делать? Как себя вести?

В дверь постучали.

– Невада. Что случилось? Где Лилиан?
– голос Роуз был очень взволнованным.

Я открыла рот, чтобы ответить, но не смогла. Отъезд матери в данный момент отошел на второй план.

Она затарабанила в дверь.

– Невада, открой! Что случилось?

– Сейчас, я переодеваюсь!
– на удивление мой голос был абсолютно ровным.

Я быстро переоделась в домашнюю футболку и шорты.

– Мама опять сбежала, - огорошила я Роуз, как только вошла на кухню, где та сидела.

– Что?
– она встала и уставилась на меня.
– Ты серьезно?

– Серьезнее некуда!
– я горько усмехнулась.

Бабушка подошла ко мне и обняла.

– Господи, дорогая, как ты?

– Достаточно неплохо, если учесть, что моя мать бросила меня во второй раз, - а еще, что я влюбилась в парня, который через месяц уедет в Вашингтон учиться, где его ждет девушка.

– Что она сказала?

– Ничего, только записку оставила, - слезы опять покатились по лицу.
– Всего несколько строк!

– Ох, девочка, это моя вина. Если бы я переступила через себя и вела себя с ней нормально...
– ее голос дрогнул, кажется она тоже плакала, мне не было видно, потому что мы все еще стояли обнявшись, и я уткнулась ей в грудь.

– Нет, она бы все равно уехала, рано или поздно...
– я поняла, что это так.
– Уж лучше сейчас. Чем потом, когда бы мы привыкли к ней. Ты же знаешь, такая жизнь не по ней.

Я осознала, что была готова к такой развязке подсознательно, хоть и надеялась как последняя дурочка, что все будет хорошо, что она станет настоящей мамой... Глупо, Лилиан никогда бы не смогла стать настоящей мамой. Бродяжничество у нее в крови. Теперь, без Рона и меня, ей ничего не мешает...

Мы весь вечер просидели на кухне, не включая свет, говорили о маме. Разошлись, когда уже перестали видеть друг друга в темноте.

От усталости и эмоций сегодняшнего дня я моментально уснула.

Мне уже не было необходимости сидеть с Одри, но я все равно пришла в воскресенье. Просто не могла сидеть весь день дома, а ехать к миссис Уилкинсон вместе с Роуз хотелось еще меньше.

Я была благодарна, что Одри предложила поиграть в приставку. Мои мысли очистились, на два часа я выпала из реальности, забыв обо всем. Джиллиан бы не сказала мне спасибо за такое времяпрепровождение ее дочери. Но ее как всегда не было дома.

Тайлера тоже не было дома и это было хорошо... Хотя, какая-то часть меня жалела, что его нет.

– Нэв, почему ты грустишь?
– Одри вплотную встала рядом и заглянула в глаза.

Микроволновка пикнула, я достала тарелку с разогретой едой из ресторана и поставила на стол.

– Садись есть.

Одри нахмурилась, но села и взялась за вилку.

– А ты не будешь?

– Не хочу...

– Ну расскажи, что случилось! Я же тебе все рассказываю!

Я слегка улыбнулась.

– Окей. Моя мама уехала.

– Надолго?

– Навсегда.

– Почему?

– Это трудно объяснить... Просто, ей не нравится жить как все...
– как объяснить ребенку, что твоя мама тебя бросила?

– А почему она не взяла тебя с собой?

– Од, отстань от Невады!
– Тайлер вошел на кухню. Я не слышала, как он вошел.
– Ммм, обедаете? Я голоден как волк!

– Тебе погреть?
– спросила я.

– Да, спасибо, было бы замечательно!
– он улыбнулся мне.
– Я переоденусь и вернусь.

Я погрела ему и себе. Через пару минут он вернулся и мы сели есть.

– Чем занимались?
– спросил Тай у Одри.

– Играли в Соника.

– Мама же запретила тебе играть всю неделю!
– он улыбался.

– Но ты же не скажешь?
– с надеждой спросила та.

– Только, если ты меня поцелуешь!

Она взвизгнула радостно, слетела со стула, подбежала и чмокнула его в щеку.

Я наблюдала за ними, когда Тайлер повернулся ко мне, я отвела глаза и закусила губу. Я боялась, что не выдержу его взгляда.