– Tu me manques... Je t'aime … Je t'aime, un peu beaucoup, pas du tout lucide, je suis surtout fou ... dеsolе... tu ne m'as pas laissе le choix*

Я не понимал, но чувствовал смысл всех его признаний.

Это слова любви...

Ее тело реагировало на его слова и касание ножниц, сопровождаемое страхующими движениями его пальцев под лезвием.

Я жив еще? Нет… уже, кажется, нет.

Ступор...

Разрезав платье до колен, он с треском разорвал руками оставшуюся ткань и распахнул его, освобождая ее тело. Оставшись в одних трусиках, она облегченно выдохнула, прогнувшись перед ним. Ее глаза все это время оставались закрытыми.

Он не разглядывал ее тело, он смотрел на лицо.

– Так хорошо?..

Я уверен, что этот вопрос... такой вот интонацией... он задает ей часто во время секса…

– Ммхмм, – отозвалась томно Женя.

Да... И вот так она отвечает ему.

Поднявшись, он вернулся ко мне.

– Оставишь ее обнаженной? – зло спросил я.

– Тебя смущает ее нагота или ты считаешь, что я мог забыть хоть сантиметр ее тела? – удивленно. – Ей так комфортнее, почему нет?

Мое состояние было похоже на тяжелый кошмарный сон. Когда можно только смотреть, на то, что с тобой происходит, но нельзя никак повлиять. Какая-то болезненная фрустрация тела при истерике мозга.

– Вернемся к нашему разговору, – начал он, немного отпив из стакана. – Ты ошибаешься, Денис.

– В чем? – только и смог выдавить я, плохо припоминая наш разговор, из-за уничтожающих меня ощущений, связанных с увиденной минуту назад сценой.

– Она и сейчас принадлежит мне… Ты просто нечто временное. Очередная игра.

– А ты? Ты не очередная игра? – спросил я, понимая, что морально не готов к предстоящему бою.

Реакция Жени на его касания вытянула из меня все силы и уверенность в своей правоте.

– Я – центральный персонаж ее сессии, – ухмыльнулся он. – Ты – просто девайс. У нас с тобой разный уровень. Чтобы ты понимал… Когда она хочет доставить моему телу удовольствие через боль, то берет плеть. Если она хочет доставить моему сознанию удовольствие через боль, то берет другого мужчину. Но он только девайс, инструмент для игры. Плеть может стать любимой игрушкой, но глупо ревновать ее к плети, согласись. Но, если она навредит плетью во время сессии себе, то я буду вынужден вмешаться. Во-первых, залечить ее раны, а во-вторых, сменить плеть на что-то более безопасное для нее или на крайний случай научить с ней обращаться.

Неужели это так? Я – ее игрушка? Секс-игрушка в ее психоиграх?

Все, что делает со мной Женя с момента встречи – это секс?

Да мы только трахаемся круглосуточно и все. Получается - да?

Стало ли мне больнее от осознания? Нет. Степень моей внутренней напряженности перевалила какой-то предел, и я почувствовал себя горько и отстранено.

Она не моя.

Она никогда не была моей.

И никогда не будет?

Но, взяв себя в руки, я отдал последний мой козырь. Я чувствовал, что ей со мной по-особенному хорошо, не так как с ним. И она сама говорила о том, что я затмил его.

– Ей хорошо со мной. Лучше, чем с тобой! – почти уверенно заявил я.

Аронов зло усмехнулся.

– Секс? – ухмыльнулся он, качая головой.
– Считаешь, что ей с тобой лучше, чем со мной? Оргазмы сыпятся пачками, да? И детка с тебя не слазит...

На лице мелькнуло раздражение.

– Никто ей не даст больше, чем я. И она это знает. И ее тело это знает. Я покажу тебе… – скинув жилетку, она сделал несколько шагов к ней.

Его взгляд был яростным и решительным.

– Сколько времени тебе нужно, чтобы она кончила, Зорин? – зло усмехаясь, ошеломил он меня вопросом. – Три? Пять минут? Думаешь, это твоя заслуга? Не-е-ет, это я научил ее тело всему этому. Смотри на нее. Посмотри сейчас на МОЮ Женечку…